Маленький, поначалу тусклый, он быстро вырос в такой большой и яркий, что заболели глаза. Что-то звало ее к свету. Что-то, что она почти слышала, напрягшись, пока не поняла, что отстранилась от руки бабушки.
— Я не отпущу тебя!
— Уильям! — вспомнила она. Уильям, как она могла забыть Уильяма?
— Бабушка? — Кассандра повернулась, чтобы увидеть, что их свет уже угасал.
— Ты сделала свой выбор, Кэсси. Мы увидимся снова, — сказала она, прежде чем они все исчезли.
— Кассандра! — повернувшись, она побежала к свету Уильяма.
* * *— Адмирал! — Блайант начал звать на помощь, когда тело Кассандры внезапно выгнулось на кровати, и она начала судорожно дышать. Ее глаза метались в поисках, пока не нашли Уильяма.
— Уильям, — прошептала она, и Блайант прирос на месте.
— Я здесь, Кассандра, — он прикоснулся своим лбом к ее. — Я здесь. Отдыхай, я с тобой.
Когда она уснула, Блайант медленно вернул реаниматор в кабинет. Возвращаясь к пациенту, он понял, что только что стал свидетелем истинной силы любви.
— Адмирал, я бы хотел сейчас обработать рану на ее голове, — Уильям стоял рядом с Кассандрой, держа ее за руку. — Мне нужно обойти вас.
Пока Уильям отстранялся, он отказывался отпустить руку Кассандры, напоминая Блайанту о том, как Кассандра держала руку Тори, пока та болела. При осмотре раны он с облегчением обнаружил, что она только поверхностная и легко заживет.
Отступив, чтобы позволить адмиралу подойти, Блайант расслабил мышцы спины. Прошло много времени, с тех пор как он делал всю работу сам.
Он подошел к карте и записал, что произошло, или, по крайней мере, то, что мог объяснить.
— Как ее состояние? — Блайант посмотрел вверх, чтобы обнаружить себя под пристальным вниманием адмирала.
— Ей очень повезло. Рана на голове — это просто порез. Я надеюсь, что у нее не будет даже небольшого сотрясения. Сломанных костей нет, что свидетельствует о том, насколько они крепкие. Шрапнель причинила некоторый ущерб, но не задела важные органы. На ее теле будут некоторое время синяки и ссадины, возможно, также у нее останется несколько маленьких шрамов.
Она легко отделалась.
— Повезло? — зацепился адмирал.
— Да, адмирал. Повезло! — Блайант смотрел на него прямо. — Если бы она стояла на прямой линии этого взрыва, нам некого было бы лечить.
Адмирал побледнел и оглянулся на Кассандру.
— Она не испытывает боли?
— Нет. Я ввел ей обезболивающие катеттор, — объяснил Блайант, пока подошел ее проверить.
