Она вернула, или вернее, отработала долг меньше чем за полгода, и после этого решила не уходить, а продолжает работать у нас уже два года. Вот только есть одна проблема: Мелинда иногда уходит в запои. И тогда полный аут. Это случается, к счастью, не чаще одного-двух раз в месяц, иначе её уже давно бы выгнали. Но это ужас. Вот сейчас она опять забухала, обмочилась в машине по дороге «домой». Теперь надо менять сиденье, опять выводить её из запоя. Вот Тая и поехала на третью базу, приводить Мелинду в чувства.
– И что ей грозит за это? – спросила я.
– Да ничего, в принципе, не грозит, – спокойно сказала Оля. – Штрафанут за нарушение дисциплины и за испорченное сиденье, и всё. И вообще, это частая проблема среди девочек-сотрудниц. Я имею в виду выпивку. Иногда попадаются наркотики, но в этом случае у руководства однозначный ответ: наркоманкам не место в приличном борделе.
– Да, звучит, как лозунг, – сказала я тихо.
Оля встала и уступила место Марте.
– Можешь посидеть пока здесь, если хочешь, – сказала она мне, – пока Инесса придёт.
Или пошли к нам.
– Нет, я здесь ещё побуду, если можно, – сказала я и посмотрела на Марту.
– Ой, да сиди, конечно, – ответила та. – Мне что, жалко, что ли? Познакомишься пока, так сказать, извне.
– Так, пошлячки, не портите нам девочку, – пригрозила Оля с улыбкой. – А то вы ещё тот инструктаж проведёте. Так что придётся её сразу на «восьмёрку» отправлять и вручать плётку и страпон. Вас бы самих хоть на денёк запустить туда, так вы всех мужиков наградили бы и страпоном, и хлыстом, и «золотым дождём».
Да, операторы?
– Да, да, иди уже, знаток, – замахали на неё девушки. – Не отвлекай от работы.
Мы снова погрузились в переписку. Марта со скоростью света читала сообщения, отвечала на них, открывала новые анкеты, отправляла прайсы клиентам, брала то один телефон, то другой, куда-то звонила, что-то диктовала, при этом отвечая уже на следующие сообщения. Перед глазами мелькали уже знакомые лица девочек-сотрудниц и десятки, сотни незнакомых мужских лиц, разного возраста, от 16-ти до 60-ти.
И все просили одного – секса. И секса тоже всякого, разного. Кто просил виртуального секса на камеру, кто анального, кто «госпожу» и БДСМ (я узнала позже, что это означает), реже просили страпон или «золотой дождь», ещё реже «шоколадные горки» и фут-фетиш.
– Я не знаю всех этих понятий, они мне незнакомы, – сказала я вполголоса.
– Ничего, научишься, – весело ответила Марта. – Ну, страпон – это понятно, фаллоимитатор.
