Я с ума сходила от тоски по нему.
– О-о, – протянула Натали. – Всё, готова! Вы сдурели, что ли, девки?! Одна мне всю неделю мозг проела, все уши прожужжала своим Игорьком. Теперь вот Софи помешалась на своём Витиньке."
"Я виновато улыбалась и прятала счастливые глаза. Ксюша смущённо хихикала. Представляю, как смешно было Натали сейчас смотреть на двух влюблённых дурочек, которые краснели и смущались от своего счастья.
Но Натали и не думала веселиться. Она серьёзно сказала:
– Вы что, с ума посходили? Влюбиться в клиентов – это же надо придумать такое.
Вы что же, всерьёз думаете, что у вас с ними возможны какие-то отношения, кроме «рыночных»?
– Не знаю, Натали, – вздохнула я. – Но очень хотелось бы.
– А почему бы и нет? – беспечно улыбнулась Ксюша. – Всякое может быть. История знает много подобных случаев.
Натали смотрела на нас, как на динозавров.
– Ладно, поступайте, как хотите, – махнула она рукой. – Только потом, когда придёте плакать из-за несчастной любви, не говорите, что я вас не предупреждала.
* * *На следующий день я проснулась раньше обычного и уже не смогла больше уснуть. Голова горела, мысли путались, в животе порхали бабочки – сегодня я наконец-то увижу его.
Я ждала наступления вечера с самого утра, но день тянулся бесконечно долго. Я раз двести смотрела на часы, но стрелки будто замерли и не двигались. Я измучалась в ожидании. И, когда, наконец, вечером мы приехали втроём в клуб, я была словно выжатый лимон из-за переживаний и бесконечного томления.
Попав в привычную атмосферу лёгкости, музыки и танца, я почувствовала себя немного легче, а после пары глотков коктейля я и вовсе освежилась, – усталость мою как рукой сняло.
За полторы недели перерыва я так соскучилась по танцу, что сейчас меня было просто не остановить. Я практически не делала перерывов на отдых, извивалась и выгибалась вокруг шеста, забрасывала ноги в шпагате и скользила по холодному металлу, то взлетая в воздух, то проваливаясь вниз.
Наконец, ближе к полуночи, в двери клуба вошёл Игорь, а за ним и Виктор.
Волна чувств затопила меня, отчего моё дыхание стало частым и прерывистым. Захотелось броситься к нему навстречу, упасть и раствориться в его руках, и целовать его лицо, губы, руки, всё тело – целовать долго и жарко, а потом умереть и возродиться в его объятиях.
Видимо, Витя тоже соскучился за это время, потому что подошёл к подиуму с моей стороны, а не сел за столик, как обычно.
Я развернулась к нему лицом и сняла с глаз кружевную повязку.
