— Мамочка! Представляешь, я няню спас! — с восторгом оповещает Миша. — Ну, и Дениса, — добавляет с ощутимо меньшим энтузиазмом.
— Наверное, замок заклинило, — смущенно отзывается мужчина.
— А вот и нет, — мотает головой сын. — Просто в ручке застряла эта штука, — демонстрирует всем большую отвертку.
— Получается… — медленно соображает Инга. — Кто-то сделал это намеренно? — не скрывая потрясения, оглядывает всех присутствующих. — Зачем?
Я краснею, словно являюсь истинной виновницей случившегося. Зато мама стоит рядом и имеет наглость беззаботно улыбаться.
Ситуацию спасает появление Тимура. У него, очевидно, только закончилась тренировка, и он спешит в спальню, чтобы принять душ.
— Ты уже готова? — обращается ко мне с вопросом.
— Да, готова.
— Отлично. Я тогда быстро моюсь, одеваюсь, и едем.
— А я? — громко восклицает Миша. — Я с вами хочу!
Мы с Тихомировым растерянно переглядываемся. Сыну о грядущем прибавлении еще не сообщали и, честно говоря, даже не обговаривали, когда это лучше сделать.
— Пожалуйста, — упрашивает малыш.
— Хорошо, — сдается Тимур. Иногда мне кажется, что он попросту не умеет ему отказывать. — Думаю, тебе тоже будет интересно, — говорит это Мише и переводит взгляд на меня. — Ты как? Не против?
— Разве я теперь могу запретить? — вздыхаю, прежде чем строго посмотреть на сына. — Быстро умываться и переодеваться, медвежонок! Опаздывать нельзя.
— Бомба! — на лестнице опережает отца.
— А я? — подает голос родительница, когда мы с ней остаемся вдвоем.
— Мама! Не начинай, пожалуйста.
Инга с Денисом как-то незаметно слиняли. Очевидно, приводить себя в порядок бросились. Потому что приличным их вид не могла бы назвать даже я.
— Ладно… Жду тогда снимков, — заявляет мама. — Кстати, в моей группе все в восторге от ваших с Тихомировым фотографий с поединка этого второго парня… Ну, который… Волк который…
— Аравин, — подсказываю машинально.
— Аравин, да! Спасибо! А свадебные фото так вообще произвели настоящий фурор!
— Уйди, пожалуйста!
— Иду! Мне как раз срочно нужно кое-что записать.
Я очень близка к эпилогу… Господи… Сама не верю… — бормочет на ходу.
Меньше часа спустя мы втроем — я, Тимур и Миша — пытаемся в небольшом черном овале на экране разглядеть ребенка.
— Вы точно там, где надо, смотрите? — хмурится Тихомиров.
А у меня вырывается нервный смешок. Сама же так волнуюсь, аж потряхивает, будто от холода.
— Да, конечно, — смеется вместе со мной доктор. — Вот и сердечко уже бьется.
— А я вижу! — с восторгом сообщает Миша.
