В их задачу входит: во-первых, определение площади в лесном массиве севернее Армакского перевала для высадки с вертолетов основных сил, во-вторых, скрытное продвижение к перевалу и преодоление его для разведдозора первой группы в районе каньона с последующим сближением с аулом Армак и скрытное занятие позиций на южном склоне, над селением. Для дозора второй группы подъем на хребет и наблюдение за узунаулскими вершинами. После доклада разведчиков о занятии позиций и установления контроля над названными населенными пунктами — подготовка штурмовых групп к боевому применению.
Переброску основных сил осуществим в 19.00 местного времени — так, чтобы к утру они заняли рубежи ожидания, а командиры смогли определиться с порядком своих действий при обнаружении банд. Каждый из вас, — Карцев взглянул на Лемешева и Панова, — должен доложить мне о готовности групп вступить в отвлекающий противника бой. И только после моей команды — открытие огня. Вопросы?
Вопросов не последовало и на этот раз.
Командирам не в первый и даже не в десятый раз приходилось выводить свои подразделения на выполнение боевой задачи, майоры по опыту знали, что сейчас, в штабе, что-либо серьезно обсуждать не имеет смысла. Вот когда они выйдут на рубежи применения и собственными глазами на реальной местности, а не на карте, оценят обстановку, тогда, возможно, вопросы и возникнут. Но, как правило, такие вопросы, которые офицеры смогут решить сами. В единственном случае они вынуждены будут обратиться в ходе операции к вышестоящему командованию: если потребуется дополнительное усиление или прикрытие их действий.
Что тоже случалось нередко. Ожидали банду в пятьдесят духов, а из леса вываливали две сотни боевиков. Тут уж без огневой поддержки не обойтись, вызывали либо налет дальнобойной артиллерии, либо «полосатиков», как еще с Афганистана в войсках называли вертолеты огневой поддержки «Ми-24». Полосатики или крокодилы.
Полковник отпустил командиров штурмовых групп вместе с заместителем готовить боевой выход.
Москвитина же задержал."
"— Вот так, Андрюша. Наконец обозначилась и работа агента особого применения. Ведь это тебе, под прикрытием десятка ребят, придется прорываться в дом Зараева и валить бандитских главарей. А ты говорил, зачем тебя послали сюда? Вот все и разъяснилось.
Но Андрей возразил:
— Поздновато разъяснилось. Посылая меня сюда, Оболенский не мог знать последних докладов офицеров глубинной разведки ГРУ.
