Две «вертушки» обогнули гору и начали обстрел «зеленки». Били вслепую, не имея цели. Да и мала была вероятность того, что кому-то из боевиков удалось вырваться с плато, но задача есть задача, и ее следует выполнить. Третий же вертолет зашел на караван. Командир экипажа, он же командир звена, доложил Карцеву:
— Первый! Я — Орел-1! Как слышишь?
— Слышу тебя, Орел!
— Нахожусь над караваном! Тут такое дело. Животные мечутся возле скалы и пропасти, людей среди них нет.
Стоит ли громить караван?
— Понял тебя, Коля! Если не видишь противника, животных не тронь, уйди вверх, прикрывая работу своих ребят, ну и заодно контролируй обстановку на плато. Боеприпасы не все расстрелял?
— Есть еще! Выполняю!
Между тем бойцы первой штурмовой группы вплотную сблизились с контейнерами и были встречены слабым, но все же не одиночным огнем духов, уцелевших в ходе воздушного налета. Применять вариант тотального уничтожения майор Лемешев не мог! Среди обороняющихся находился подстреленный Джура, а его следовало взять живым.
Поэтому командир группы приказал личному составу залечь и вступить в работу снайперам. Так как группа охватила контейнеры с трех сторон, работы для стрелков особой не было. Они в считаные минуты уничтожили бандитов, попытавшихся остановить спецназ. И только один из них по-прежнему стрелял. Его видели снайперы, но, держа на прицеле, огня не открывали.
Перед ними был главарь бандитской группировки сам Адам Дахашев. Джура — гроза гор и горных селений. Теперь уже можно сказать — бывшая гроза. Его песня была спета. Но он продолжал отстреливаться. Держал Джуру в поле зрения и сам майор Лемешев. Он попросил «Винторез» и лично прицелился в бандита. Увидев голову Дахашева, перевел ствол ниже вправо. Над галочкой оптики оказался автомат «АК-74». Зафиксировав цель, Лемешев дважды выстрелил.
«Калаш» бандита, выбитый и поврежденный пулями 9-го калибра снайперской винтовки, отлетел в сторону. Видимо, у Джуры была повреждена и рука, так как он схватился за запястье, повернувшись набок. Командир группы отдал приказ подразделению занять позицию уничтоженных боевиков. Что и было стремительно сделано."
"Майор подошел к Дахашеву.
Тот ругался, корчась от боли. Одна пуля из «Винтореза» раздробила локтевой сустав.
