Я обматываю ее двумя гигантскими, огромными полотенцами и завязываю шарф вокруг нее, наматывая его вокруг ее тела и создавая симпатичный, сексуальный буррито.
Вот же ущербный.
Я вытираю воду со своего тела полотенцем, затем ставлю чайник. Потом я извиняюсь и ухожу переодеться. Проскальзывая в свои спортивные штаны, я замечаю несколько старых футболок, которые стали мне слишком малы и заполнили заднюю часть моего шкафа. Какого черта... что еще я должен потерять?
— Я захватил тебе кое-что из сухой одежды, — говорю я, снова входя в кухню.
Элли удалось достаточно распутаться из полотенец, чтобы сесть на табурет у барной стойки. — Просто несколько старых футболок, в которые я не влезаю. Ты не должна надевать их, если не…
— Спасибо! — говорит она, спрыгнув с табурета и схватив одежду. — А твоя ванная?..
— Дальше по коридору, вторая дверь налево.
Я наливаю чай в кружки, когда она вновь появляется, утопающая в серой футболке на три размера больше нее.
Она восхитительна. Я отворачиваюсь и размещаю чашки на подносе, прежде чем принести их к кухонному островку.
— Спасибо. Ты учился в Тритоне?
Я смотрю на эмблему подготовительной школы, которую она рассматривает на футболке.
— Недолго.
— О. Из нее выпустился Эван. Ты знал его?
Я кладу два кубика сахара в свой чай, удерживая взгляд на блюдце, сахарном печенье и бисквитах «Мадлен».
— Я был там только в течение года.
— Что произошло?
Я пожимаю плечами.
— Перевелся.
— Понятно, — она занимает себя, потягивая чай и грызя печенье. — Я ходила в школу Святой Марии в Бостоне. Но уверена, что ты уже знал об этом, — она краснеет, затем смотрит вниз.
— Знал.
Она поднимает подбородок, и ее глаза находят мои, горящие любопытством.
— Тритон — великолепная школа. Наверное, самая лучшая в стране. Твои баллы по тестам должны были быть превосходными, чтобы поступить туда.
Я снова пожимаю плечами. Чертовы плечи.
— Они были хорошими.
— Хорошими? Если бы мои родители не были столь непреклонны в плане воспитания меня за пределами города и того, чтобы подвергнуть меня всему девчачьему аду, я уверена, мой отец сделал бы щедрое пожертвование, чтобы впихнуть меня туда. Куда ты пошел после Тритона?
— Академия Дентон.
— О. Это хорошая школа.
Она старается сохранить улыбку, но я уже могу понять, в чем дело.
Дентон — не Тритон.
Я не Эван.
