Ее голос становится опять мягким и женственным, как будто она жалеет меня. Как будто она заботится обо мне.
— Ясно. Так будет лучше, Джастис, и все наладится. Ты сможешь начать заново, перестроившись. После всего этого ты сможешь стать тем, кем захочешь.
Мне нечего ей ответить, хотя есть некоторый ответ, который я не могу произнести вслух, поэтому просто вешаю трубку. Хайди привыкла к моей лаконичности. Я говорю так со всеми, кроме Элли.
Словно услышав, как ее имя мелодично звенит в моей голове, она забирается на диван, после того как я кладу свой телефон на столик.
Я хватаю ее за талию и затаскиваю на колени, она визжит. Я зарываю свое лицо в ее волосы, пытаясь впитать как можно больше ее запаха, насколько могу и пока могу. Я чувствую свой запах на ней, перемешанный с ее духами и потом.
— Не хотел тебя будить, — говорю я в ее гладкую кожу за ухом. — Я как раз собирался вернуться в кровать.
— Я устала спать, — вздыхает она.
Я смотрю на нее, мои брови сардонически поднимаются.
— Ты устала спать?
Она ударяет меня по руке.
— Ох, ты знаешь, что я имею в виду.
Я хватаю ее за руку и целую ладонь. Потом мы молчим и наблюдаем за тенями, растущими на наших глазах, превращающиеся в сумерки, переходящие в ночь.
— Могу я задать тебе вопрос? — спрашивает Элли, ее голос тихий в бескрайней тишине.
— Разве ты не всегда задаешь вопросы?
Она снова ударяет меня.
— Прекрати! Ты можешь быть серьезным хотя бы пять минут?
Я отвечаю ей соответствующим взглядом.
— Ты просишь, чтобы я был серьезным?
— Тьфу! — она пытается вырваться из моих рук, но я усиливаю хватку вокруг нее.
— Хорошо, хорошо, прости. Спрашивай. На этот раз серьезно.
Элли кивает в сторону белых стен.
— У тебя нет никаких фотографий.
— Это не вопрос.
— Помолчи и позволь мне закончить, — она улыбается и качает головой, перед тем как положить ее на мое плечо. — У тебя нет ни каких фотографий, и ты никогда не рассказываешь о своей семье. И поскольку ты уже знаешь обо мне все и моей жизни, я подумала.
..
— Ты хочешь узнать о моей семье.
— Да, — она поворачивается ко мне, и слезы сожаления стоят в ее глазах. — Я хочу узнать тебя. У нас осталось чуть больше недели, чтобы провести время вместе. И для меня этого недостаточно, Джастис. Мне нужно узнать о тебе столько, сколько смогу.
Я делаю глубокий вдох и меняю положение ее тела, сейчас я вынужден смотреть на нее. И буду вынужден видеть осуждение и сожаление, которые, несомненно, будут у нее на лице.
