В Ялте перепрягали лошадей. Пассажиры получили часовой отдых. Кто-то сразу же устремился к общественной уборной, кто-то бодро направился к тенту маленькой открытой ресторации. Два степенных пассажира купеческого вида выбрали заведение попроще — трактир. Публика с империала потянулась к дымящим мангалам предприимчивых татар и крикливым бабам, торгующим с лотков бубликами, черешней, ранними абрикосами и всякой прочей снедью.
Никакого аппетита Екатерина Константиновна не ощущала, а вот подумать было о чем.
Продолжать ли путешествие в дилижансе до Алушты, как собиралась вначале? Ох, опасно… И в Ялте нельзя оставаться лишней минуты."
"Затянутый в портупею городовой гнал взашей наглую торговку, проникшую со связкой сухой рыбы чуть ли не под самый тент ресторации. От полиции Катенька проворно отвернулась и стала рассматривать вывешенные на большом щите правила проезда на почтово-пассажирских дилижансах. Господам пассажирам строжайте воспрещалось садиться и спрыгивать на ходу экипажа, кормить и дразнить лошадей, провозить пахучий или дурно пахнущий багаж, причинять вред имуществу дилижансной компании и погонять возницу.
Курить дозволялось только на империале. Пить — где угодно, но до первой жалобы. Запрещалось также отвлекать разговорами кондуктора во время исполнения оным своих прямых обязанностей, громко петь, выбрасывать мусор на дорогу и швырять что бы то ни было в форейтора. И все потому, что дилижанс является средством транспорта повышенной опасности.
Подивившись такому разнообразию фантазий подданных, Катенька принялась лихорадочно соображать. В Ялте полно полиции, хватает и жандармов. В Алуште того и другого, конечно, меньше, но и поселок невелик. К тому же дорога на Симферополь наверняка перекрыта постами… Нет, покидать Крым надо только морем, как и планировала! В этом смысле Ялта лучше Алушты — и пароходов ходит больше, и можно надеяться, что чрезвычайные меры по проверке пассажиров еще не приняты…
Итак, решено!
Узнав, что загорелая, но прилично одетая пассажирка не намерена продолжать путь, кондуктор изумился, но версия неожиданной встречи с гостящей в Ялте старой знакомой вполне убедила его — тем более что Катенька не стала настаивать на возврате денег за билет до Феодосии да еще дала двугривенный на чай.
Так или иначе — кондуктор слазил наверх и выдал баул.
Тащиться в порт пришлось долго и по солнцепеку — хорошо хоть под гору.
