Он только что вернулся из поездки, судя по пыли, покрывающей его одежду, и явно находился не в духе. Я бы к нему даже на расстояние полета стрелы не подошла – вид у глыбы, которую по ошибке принимали за человека, был опасный. Но Ран даже бровью не повел.
– С возвращением, Морт. Тебе не сложно будет нам помочь?
Даже высокий Ран едва доставал Морту до плеча, что уж говорить обо мне. Я предоставила вести переговоры моему другу, а сама робко остановилась поодаль.
– Сложно, – прогрохотала гора. – Но за определенную плату сможем договориться.
Мы с Раном оба происходили из знатных и обеспеченных родов. Беда в том, что студентам Академии строго-настрого запрещено пользоваться личными средствами.
– Обмен? – предложил Ран. – Заряжу два амулета защитной магией. И…
Он подумал, но все же закончил:
– Добавлю огненный светильник. Немного разряженный, но на пару-тройку часов работы хватит.
– Пойдем, – прогремел Морт.
Ран сделал знак – жди здесь. Они ушли вперед, а я осталась посреди дороги. Хорошо, что Ран отсутствовал недолго, иначе бы я от волнения вся извелась.
Когда Ран вернулся, я сразу заметила, как он побледнел. Я и забыла, что заряжать амулеты куда сложнее, чем просто использовать магию в повседневной жизни. Там надо особенным образом концентрироваться и направлять силу. Папа обычно занимается этим с утра, после плотного завтрака, и не заряжает больше трех амулетов за раз.
Ран после дороги – уставший и, наверное, голодный. И все равно предложил свою помощь. А я обрадовалась и бессовестно его использую… Нет, все! Только поговорю с папой, и на сегодня хватит!
Папа долго не отвечал.
Обычно кристалл у него всегда под рукой, но только не сегодня – закон подлости в действии. Наконец ответил. Кварц завибрировал, стал мерцать и секундой спустя я услышала папин голос.
– Это ты, Кора? Что-нибудь случилось?
– Нет, нет, все хорошо. Я только спросить хотела. Та шкатулка, что была у бабушки, – откуда она у нее. Что это за шкатулка вообще такая?"
"– Шкатулка? Какая шкатулка?
Папин голос звучал удивленно, и я уже подумала было, что зря мы приложили столько усилий – звонок ничего не даст.
Но вдруг тон его голоса изменился:
– Ах, эта шкатулка. Хранится в нашем роду с незапамятных времен. Мама должна была передать ее мне, как старшему семьи Флогис, но я решил, что, раз ты к ней так привязана, пусть будет у тебя. Все равно это лишь симпатичная безделушка, не более.
– Папа, ты не представляешь, что там внутри!
– Почему же, вполне представляю.
