Правильно мужики говорят – для мужчины погибель, когда в женщине сочетается порочность и невинность.
В Рае сочеталось. С его членом во рту она смотрелась изумительно.
Дальше стало ещё ярче. Сильнее.
Он усадил её на себя. Наполнил. Снова присвоил.
Как и ожидалось, она была узкой, что тоже добавляло ей множество плюсиков. Красивая молоденькая девочка, от которой дурела голова.
Сегодня ночью она для него была идеальной. Именно такой, какой он и хотел видеть партнёршу.
Она, сука, даже оргазм не имитировала! Не стонала громко, не дышала прерывисто.
Только охала иногда, когда он был резковатым. Жёстким.
А ему хотелось ещё жёстче. Что-то такого, что можно позволить себе с опытными партнёршами. Взрослыми.
А она?..
Выдержит?..
Кончал Дава во второй раз не менее ярко, чем в первый. Что его позабавило – так это то, как Рая облегчённо выдохнула, когда поняла, что всё, отстрелялась.
И доверчиво упала ему на грудь.
Неожиданно…
Точно отчаянно нуждалась в простом человеческом тепле.
Серьёзно?..
Давид нахмурился.
Он чего-то не понимал? Что-то не уловил в девчонке?
Она не щебетала. Не несла глупости. Ничего у него не спрашивала, не рассказывала. Не просила. Не посвящала в свои проблемы, тревоги, обыденность.
Ничего.
Лежала с закрытыми глазами и глубоко дышала.
Шахов оказался прав – у неё была нереальная грудь. Высокая и очень полная. Многие его знакомые женщины выкладывали бешеные бабки, чтобы попасть к лучшим спецам, заказать хороший материал и в итоге получить нечто подобное. Но ни один имплантат не сравнится с естественной красотой.
В мире, где всё пропитано фальшью, настоящее особенно ценно.
Понятно, что Рая молода. Молодость всегда прекрасна.
Но что-то в ней было…
Что-то такое, что пробирало мужскую сущность, пробуждало в Давиде хищные инстинкты.
Это было не к добру.
Он себя знал.
***
Утром Давид поднял её рано, не было ещё и пяти часов.
– Собирайся, я вызову такси.
Рая растерянно моргнула, провела рукой по лицу.
– Конечно.
И быстро соскочила с кровати, сверкая голыми ягодицами.
Которые тут же захотелось куснуть. Да так, чтобы остались следы.
Сам он ещё некоторое время сидел на кровати, размышляя.
Голова гудела. Эта ночь его тоже вымотала. По-хорошему, не мешало бы ещё пару часов поспать. Но некогда.
Он пошёл во вторую ванную, почистил зубы, умылся. Оделся, поморщившись от несвежей рубашки. Давид слышал, как шмыгала по квартире Рая. Она старалась действовать быстро, явно опасаясь, что он передумает и снова её зажмёт.
