Потому что то, что он планировал с ней делать дальше, требовало как раз расслабленности.
Но тут он представил, как её красивое личико искажает пьяная гримаса, как чистые серо-зелёные глаза затягивает дурная поволока, и резко передумал.
Ему крышу сносило от её чистоты. От этой долбаной невинности, что считывалась в каждом жесте.
О нет. Сегодня он будет точно пьянеть не от градусов.
– Нет значит нет... – сказал он, слегка растягивая слова, и, заметив недоумение на её лице, продолжил: – Возможно, с тобой трезвой даже интересней.
Он взял стакан и отпил. Она же потянулась за шоколадом. Отломила дольку и отправила в рот.
Шахов зафиксировал момент. Значит, любит сладкое.
– Но.
Он намеренно сделал паузу, акцентируя внимание на важности прозвучавших следом слов.
– Тебе не кажется, Рая, что я тебе дал достаточно поблажек?
– Я оценила. Спасибо… Давид.
Она тоже выдержала паузу, прежде чем назвала его по имени.
Не намеренно. Просто заколебалась перед тем, как произнести вслух его имя.
Зверь внутри Шахова натурально оскалился, едва ли не вспарывая землю когтями от нетерпения.
И невольного восхищённого азарта, что полыхнул в крови."
"Как его только не называли!.. Как к нему только не обращались!.. В основном ласково, заигрывающе. Иногда даже довольно искренне. Его любили бабы. Всех возрастов и мастей. Те, что постарше, стремились испытать с ним более оглушающие эмоции, чем обычно. А те, что помоложе, видели перспективы для себя.
Шахов не был жадным. Ни на подарки, ни на перспективы.
Если кто-то просил по-нормальному, давая объяснение, что, как и зачем – хотя ему по большому счёту это не надо было, лишняя информация – он относился с пониманием, объективно. А вот если начинали выкручивать… и пытались торговаться – пресекал жёстко.
За эмоции он сам готов доплатить. Чтобы вкусно было…
Когда ему последний раз было вкусно? Так, чтобы «сворачивало и разворачивало», как говорили мужики... Так, чтобы тянуло повторить ещё.
Последнее время со всеми стало как-то пресно и предсказуемо.
Тех, кто пытался взбрыкнуть, Шахов сразу ставил на место.
А с Раей что?
То, что она дарила искренние эмоции – это сто процентов. И он их с жадностью хлебал.
Самое интересное, что они не все были положительными. Даже в большей степени негативными.
Он ей не нравится.
Шахов это видел.
Она насторожена.
Но при этом держится хорошо. Он бы даже сказал, что достойно. Не зажимается, не кокетничает.
Выполняет, сука, свою работу.
