Их взгляды пересеклись.
Он не спешил приближаться к девушке. Слишком был сейчас опасен, неуравновешен, хотя и сохранял видимость спокойствия.
Оленёнок решила за него. Потянула за края футболки и сняла её.
Давид едва заметно улыбнулся. Или оскалился… Он не видел себя со стороны.
Зато видел Раю. И наслаждался её красотой.
Она переступила через бортик и шагнула в ванну.
– Ты идёшь?"
"– Конечно.
– А вино зачем?
– По инерции прихватил. Не будешь?
– Я плохо переношу алкоголь.
– Не переносишь или не любишь? Не хочешь рассказать, почему?
Он опустился за её спиной, почти сразу же прижав Раю к себе.
Вот теперь хорошо.
Спокойно.
Идеально…
Некоторое время Рая молчала. Он тоже никуда не спешил. Захочет – расскажет.
– Я девственность потеряла, когда была… нууу… выпивши. Точнее, я первый раз в жизни попробовала алкоголь. И итог был довольно печальным.
– Почему печальным? Он сделал тебе больно?
Перед глазами снова вспыхнули опасные красные сигналы.
– Не физически. Я думала, что любила его.
Он меня – нет. Простая на самом деле история. Он… Наверное, неплохой, и его вполне устраивало, что он может приходить к девочке и…
– …трахать её.
– Угу.
– И с тех пор ты не пьёшь алкоголь?
– Да.
– Значит, и сейчас не будем…
Она коснулась его колена.
– Спасибо…
– За что, Рая?
– За понимание. Ты…
Она мотнула головой.
– Нет, не буду продолжать.
Давид улыбнулся уже шире, целуя её в затылок.
– Правильно, Оленёнок, по одному откровению в день.
– Давид…
– Да?
– Мама приглашает тебя на ужин, – сказала и замерла.
Давид, чувствуя, как в груди растекается тепло, прикрыл глаза.
Её семья – это новый шаг.
Новая возможность. Прежде всего, для него.
– Я приду. Пусть назначают день.
глава 21
– Нас Строгановы на шашлык зовут. Пойдём?
Фаина поставила в вазу цветы, подаренные Давидом. Красивые… Зелёные эустомы. Нежные и в то же время такие шикарные. Пахнущие весной и надеждой.
– Ты хочешь обсудить дела с Александром?
– Нет.
– Тогда придумай причину остаться нам дома.
– Ты уверена?
– Я с Лизой виделась на днях. Мы гуляли. Поэтому посплетничать успели. А шашлык… Тяжёлая для меня еда, сам знаешь.
– Ну и всё, вопрос решён.
Он ушёл переодеваться, бросив пиджак на диван. Фаина покачала головой. Сколько лет знает Давида, а привычки его так и не меняются с годами.
Может, и к лучшему… Пусть в этом грешном мире хоть что-то будет стабильно.
Она взяла пиджак и прижала его к лицу, как делала уже тысячу раз. Как же он пах… Её Давид.
