И еще мы обсудили наше участие в строительстве горнолыжного курорта. Он согласен отдать тебе двадцать процентов за идею. Я пообещал, что деньги от твоего имени внесу я, у тебя ведь пока нет своих. А короне князь выделил только пять процентов.
– Двадцать пять процентов, – помолчав, произнесла в ответ. – Моя не только идея, но и продвижение ее в столице империи среди молодежи. Кроме того, я хочу быть рекламным лицом этого курорта. Журналы, плакаты… На горных лыжах я катаюсь неплохо, не ас, конечно, но вполне прилично.
– Князь не согласится, – с сомнением ответил некромант."
"– А ты ему по секрету скажи, что если он не согласится, то я сама приду на переговоры. И буду ныть и выклянчивать. Скажи, что уж что-что, а добиваться денег на новую шубку, драгоценность или долю в деле я умею. Он тогда и сам не заметит, как отвалит уже тридцать процентов.
– Не сомневаюсь, – усмехнулся Себастьян. – И все-таки. Зачем тебе нужно было это представление?
– Потому что вы ругались. И дипломат из тебя, уж прости, никакой.
Это ведь не зомби, которых ты привык гонять. Вы с князем поскандалили бы, довели бы дело до открытой конфронтации и остались каждый при своем. А так я сбила его воинственный настрой, отвлекла и дала понять, что мы осведомлены о том, что девчонки балуются некромантией, будучи необученными. Не удивлюсь, если они не только низших демонов вызывали, но и поднимали зомби или умертвий. Но если бы ты стал давить на Китарра, он ни за что не согласился бы.
– Это да. Князь крайне упрям.
– Ну вот.
Я же сделала ему очень дельные и выгодные предложения. И заметь, все это с видом глупенькой девчонки, которая сама не понимает, что несет. При таком раскладе ему согласиться было не стыдно, потому что я не давила на него, а лишь болтала языком. Наоборот, он почувствовал себя умным и дальновидным правителем, который смог выцепить ценнейшую информацию из болтовни смазливой фифочки.
– Ты молодец!
Себастьян направился ко мне, а я задумалась – отодвинуться или же не подавать вида, что мне хочется держаться от него подальше.
Вообще-то моя обида на него никуда не делась.
– Иржи, – подойдя вплотную, некромант взял мою руку, поцеловал и прижал к своей щеке. – Иржи… Я так скучал.
Кашлянув, я попыталась вырвать руку. Чего это он вообще? Не давала я согласия всяким беспринципным злобным магам скучать по мне.
– Прости меня? Пожалуйста, прости. Знаю, что смертельно обидел тебя. Я был не прав и повел себя как последняя скотина. Все понимаю. И прошу извинить меня.
