Но целуется он… – мне не удалось сдержать вздоха, – восхитительно!
Мы посмотрели друг на друга и расхохотались.
Вот такими веселящимися нас и застал открывшийся портал, из которого вышли придворный маг, капитан Травис и еще какой-то офицер с нашивками лейтенанта."
"– Как у вас весело, молодежь! – обратился к нам лорд Эларил. – А нам вот спать не дали, отправили на расследование. Что у вас пропало? Правда, что ли, портреты, где ты, Иржина, в обнаженном виде?
Остаток ночи прошел так же – без сна и отдыха. Снова опрашивали прислугу, нас и зомби.
Вновь осматривали мои покои, снимали следы присутствия в них живых существ. Итоги были неутешительны. Посторонние следов не оставляли. В моих комнатах обнаружились только следы мои и Грега, телохранителей, обоих скелетов, прислуги, Себастьяна и императора. Куда и как могли исчезнуть картины, никто так и не понял.
Когда нас наконец оставили в покое, было уже почти утро. Поэтому, отправив охрану спать, мы с братцем прокрались по затихшей вилле и сбежали в Обитель Знаний.
Нужно хоть немного отоспаться перед встречей с эльфами. Заодно позанимаемся после сна. И ничего, что спать придется на диванах. Главное, что тихо, чисто, никто не мешает, да еще и кормят.
Правда, заснуть мне удалось не сразу. Грег уже тихо посапывал на соседнем диване, обняв подушку, а перед моим взглядом все стояло видение – большие карие глаза, ставшие почти черными из-за расширившихся зрачков. Две морщинки над переносицей. Тонкие ниточки первой седины на висках. Ведь не смазливый красавец лорд Дагорн.
Вовсе нет. Черты его лица крупные, даже резкие. Тот же Себастьян намного красивее своего старшего брата, не говорю уж о том, насколько моложе. А вот поди ж ты, чем-то цепляет император. Умудряется затронуть тонкие струнки в душе.
Если вдуматься, то даже страшно становится – сколько же лет его величеству? Если он только правит более века. И воспитал Яна, а тому сейчас уже за тридцать. Ужа-а-ас!!! Мне нравится древний старец! И я с ним целовалась! Ы-ы-ы-ы…
От этой мысли захотелось спрятать голову под подушку и больше никогда из-под нее не вылезать.
А я еще папе истерику устроила, когда узнала, что моему предположительному жениху семьдесят лет. И Яна считала старым.
И все-таки…
И все-таки есть в императоре что-то такое! При всей резкости черт лица и высокой мощной фигуре, на которой, впрочем, нет ни одной лишней жиринки, а талия и бедра узкие, от него исходила такая невероятная волна брутальности и уверенности в себе, что забывалось все прочее.
