"
"Остаток вечера Хью и Кэтрин провели вместе, танцуя и принимая поздравления. Росток их взаимного чувства, пробившийся на свет и столь легко распознанный окружающими, остался ими не замеченным. Время от времени они посматривали в сторону Берка и Фионы, которые не сводили друг с друга восторженных взоров.
Чувствуя легкое головокружение от возбуждения и вина, Кэтрин увлекла Хью в нишу.
– Уже поздно, – громко прошептала она. – Шана, наверное, ужасно проголодалась и сердится на меня.
– Ничего, Нелли позаботится о ней, пока мы не вернемся.
– Но мне срочно нужно сцедить молоко. У меня болят груди, – пожаловалась Кэтрин.
Хью усмехнулся, подумав, что у него самого уже давно кое-что болит. Он приподнял ее подбородок и заглянул в завораживающие зеленые глаза.
– Вы сегодня необычайно красивы, моя графиня.
– А вас, милорд граф, природа одарила прекрасным вкусом, – дерзко ответила Кэтрин, и глаза ее сверкнули из-под полуприкрытых ресниц.
– Ты хорошо себя чувствуешь? Ты ведь только недавно родила, и…
– Я полностью здорова, но мои груди переполнены молоком, и мне нужно домой.
– Великолепно! – В предвкушении жаркой ночи любви, Хью едва сдержал ликующий возглас. – Тогда отправимся тотчас же?
Кэтрин облегченно кивнула, не ведая о его намерениях. Они стали пробираться сквозь толпу к выходу.
По пути они встретили лорда Фицджеральда, который озабоченно спросил, не видели ли они Фиону.
– Я видел ее с лордом Берком, – сказал Хью и бросил многозначительный взгляд на жену.
Поняв, что от нее требуется, Кэтрин с невинным видом добавила:
– Лорд Берк, наверное, проводил ее домой.
– Вам не следует беспокоиться, – добавил Хью. – С Берком ей ничто не угрожает. Он позаботится о вашей дочери.
– Возможно, вы правы, – сказал лорд Фицджеральд. – В кабинете у вице-короля собирается компания для весьма интересной азартной игры. Если вы увидите Фиону, скажите ей, где меня найти.
Когда пожилой лорд отошел, супруги О'Нейл переглянулись и прыснули от смеха.
Фиона, полная грез после столь восхитительного знакомства и выпитого вина, наслаждалась волнующей близостью очень красивого, очень мужественного и очень богатого мужчины, сидевшего рядом с ней.
Она осознавала, что ее поведение выходит за рамки приличий, но гнала от себя беспокойные мысли. В самом деле, что ж плохого в том, что она разрешила ему проводить ее домой?
– Вот мы и дома, моя красавица, – сказал Берк, когда экипаж остановился. Он открыл дверцу и вышел, а затем обернулся, чтобы помочь ей.
