Должен сказать, что в первый класс принимали с 8-ми лет, поэтому к 10-му классу всем ученикам уже исполнялось 17 лет и девушки были уже вполне сформировавшимися. На мой взгляд, так они все, как одна красавицы. Чем выделялась Аня среди своих сверстниц, так это ростом. Остальные девушки были на голову ниже. Они уже доели свои котлеты и теперь не торопясь пили чай с хлебом и с интересом разглядывали меня.
— А правда, что ты свободно владеешь немецким языком? — спросила меня одна из них.
Поскольку рот у меня был занят, я просто кивнул ей в знак согласия.
А Аня повернулась ко мне и спросила меня на немецком языке:
— Что там у тебя с Савельевым произошло?
Я рассказал ей, на немецком языке, разумеется.
— А почему они убежали? И грязную посуду за собой не убрали. Вот свиньи! Кто-то должен за ними убираться.
— Я сам не понял, почему они все убежали. Хотя я вежливо попросил их освободить моё место, поскольку я его первым занял.
Девчонки слушали нас, раскрыв рты.
— Вот это да! — Восхищённо сказала одна из них.
— Я бы тоже хотела так уметь.
— Найми репетитора и занимайся дополнительно, — сказала ей Аня.
— Не у всех папы инженеры, как у тебя, — возразила ей девушка.
— А мамы директора магазинов, — присоединилась к ней другая.
— Наша Фрида Марковна чистокровная немка, — сказала Аня. — Если самой дополнительно заниматься и слушать радио на немецком языке, то можно и самостоятельно сильно подтянуться.
— Это правда, — вступила в разговор девочка, до сих пор не произнёсшая ни одного слова, — но вот хороший радиоприёмник, который бы передачи из Берлина ловил тоже немалых денег стоит.
Больше никто не произнёс ни одного слова. Девочки быстро допили свой чай и дружно встали из-за стола, прихватив с собой свою посуду, а Аня задержалась, решив дождаться меня.
— Ты после окончания школы, чем планируешь заняться? — спросила она меня. — Дальше учиться собираешься?
— Да, — ответил я, допивая свой чай с коржиком.
— Уже решил, куда поступать будешь?
— В Москву или Ленинград, — ответил я вставая.
— А на кого учиться будешь?
— Окончательно ещё не решил.
— А со мной ты можешь позаниматься?
— С тобой? — удивился я. — По какому предмету?
— По геометрии. Она мне очень тяжело даётся. Константин Андреевич хоть и ставит мне четвёрки, но со скрипом и постоянно мне говорит, чтобы я подтянула его предмет. Я могу даже платить тебе. Мои родители могут позволить это себе.
— Ты ведь знаешь, что после школы я работаю и у меня не так много свободного времени.
