Моим обращением к ней, по-родственному Беата Филипповна была весьма польщена, деньги взяла и ответила:
— Спасибо, сынок.
А потом обняла и поцеловала. Контакт и хорошие отношения были установлены.
Наши с Иванкой апартаменты были на втором этаже. Спальня, детская комната и кабинет.
Как только родители переехали к нам, Иванка в тот же вечер пришла ко мне и в общежитие уже не вернулась, и мы стали жить как муж и жена.
Не забыл обустроить дом, как я уже делал это один раз в Новосибирске. Позаботился о том, чтобы у нас в доме всегда была не только холодная вода, но и горячая.
Ликвидировал рукомойники и помойные вёдра, заменив их раковинами и трубами, водопроводными и канализационными. Проработал систему водоснабжения, канализации и утилизации отходов. Заменил мебель в доме, купил хороший радиоприёмник и патефон, на кухню поставил большой импортный холодильник и четырёхконфорочную электрическую плиту, которые притащил из США. Старое электроснабжение не стал ни менять, ни отключать. Оно обеспечивало только работу осветительных лампочек и радиоприёмник с патефоном.
Мне было гораздо легче заплатить совсем небольшие деньги за потребляемую электроэнергию, чем отвечать на совсем не нужные вопросы.
Все остальные приборы были подключены к новой, дополнительной электросети, которая работала на мощном магическом накопителе, (по моим расчётам его должно было хватить как минимум на три года) и преобразователе магической энергии в электрическую.
В каждой комнате установил электрические батареи с возможностью регулировать температуру в помещении.
С этой целью улучшил изоляцию каждой жилой комнаты. Позаботился о регулярном проветривании всего дома, так что круглые сутки в доме был свежий полезный воздух из соснового бора.
Родителей и Иванку предупредил, чтобы не болтали языком о новшествах в доме, если они не хотят, чтобы нас в НКГБ на учёт поставили, как буржуазный элемент.
Взамен пришлось им немного рассказать о себе, о молниях, якобы подаривших мне необычные способности.
— Вот как оно, значит, — глубокомысленно сказала Беата Филипповна, бросив на меня плотоядный взгляд.
Я всё чаще стал ловить на себе её внимательный изучающий взгляд и понимал, что рано или поздно она меня выведет на чистую воду и придётся мне объясняться. Но пока, по-видимому, Беата Филипповна накапливала на меня компромат. Тем более, что слухи про меня начали бродить, особенно в медицинских кругах.
Дом наш был расположен удачно, до работы 20 минут пешком. Дома любимая женщина.
