Ехали остаток дня и ночь. Перед рассветом, на одной из станций их вагоны отцепили и отогнали на запасной путь. Уже на рассвете они снова поехали. Около полудня они остановились и всех высадили, объявив, что это конечная остановка.
Провели перекличку, при которой недосчитались трёх человек. Сопровождающий их капитан сказал, что дезертиров рано или поздно поймают и посадят в тюрьму, а потом всё равно отправят в армию."
"После переклички каждому выдали ещё по одному сухпайку, и всем объявили, что они следуют в один из военных учебных центров Московского военного округа.
И что они теперь курсанты. Их должны были встретить, но почему-то встречающих не было. Сказали, что придётся немного подождать.
Примерно через час после скудного обеда, который они запивали сырой водой из колодца при полустанке, им объявили, что дальше придётся идти пешком.
Будущих курсантов построили в колонну по двое, и повели по неширокой лесной дороге в неизвестность. С обеих сторон к дороге вплотную подступал смешанный лес.
Ели и сосны с пихтой перемежались с осинами и берёзами. Встречались и липы с тополями и прочими деревьями. Ближе к дороге рос густой кустарник. По самой обочине густо росла трава. Примерно через полчаса ходьбы лес раздался в стороны, и они вышли на широкий тракт. Вскоре выглянуло солнце и шагать стало веселее. Ещё через час ходьбы они встретились с лошадкой, запряжённой в телегу и сопровождаемой двумя красноармейцами, которые везли для них обед в больших флягах, укутанных в одеяла. Хлеб, ещё тёплая каша с мясом и густой сладкий фруктово-ягодный кисель.
Посуда была в отдельной коробке — алюминиевые тарелки с ложками. Кисель наливали в тарелки из-под каши. Командирам выдали жестяные кружки.
Устроили привал, покушали и потопали дальше. После привала шли ещё почти 2 часа. Лошадка плелась в хвосте колонны. Дорога привела их к шлагбауму с небольшой будкой и двумя красноармейцами. Сразу за шлагбаумом лес заканчивался и были видны постройки.
Потом сразу начались санитарно-гигиенические процедуры — стрижка головы под ноль и баня, которые затянулись до вечера.
После бани выдали новенькое обмундирование и сытно накормили. Старую одежду обратно не выдали. Впрочем, об этом все призывники знали и поэтому на призывные пункты приходили в старой, латаной одёжке и заношенной обуви.
Потом разместили их по казармам барачного типа, где каждому досталась отдельная железная кровать с матрацем и подушкой, набитыми ватой и полушерстяным одеялом.
