Поскольку предполагалось, что работа этого отдела будет тесно связана с вновь создаваемым наркоматом ГБ, то его заведующим решили поставить товарища Вязова Артура Мироновича, которому товарищ Сталин официально придал статус своего помощника, что в совокупности давало Вязову самые широкие полномочия и реальные рычаги власти. Тем самым, Сталин вводил в высшую политическую элиту руководства страны ещё одного своего сторонника, наряду с товарищами Кагановичем, Молотовым и Ворошиловым.
Кстати, товарищ Хрущёв, первый секретарь Московского горкома ВКП (б) скоропостижно скончался на прошлой неделе.
Сердце отказало, умер во сне. Врачи в недоумении и разводят руками. Ничто не предвещало такого исхода. Но вот случилось. Такое иногда бывает и с молодыми людьми. Москва простилась со столь рано ушедшим партийцем, молодым, подающим надежды и не успевшим реализовать свои незаурядные организаторские способности.
Узнав о смерти Хрущёва, я понял, что Сталин перестраховывается и принимает меры, чтобы ослабить влияние украинцев в ЦК.
"
"— То ли ещё будет, — подумал я. — Нет, это я не о репрессиях, они если и будут, то не столь масштабными, как в реальности Земля-1. Я имел в виду структурные реорганизации, которых нашей стране теперь уже точно не избежать.
* * *Моё 13-е спецуправление переименовали в сектор научных разработок и, назначив меня его заведующим, перевели в этот новый отдел ЦК в подчинение Вязову. Впрочем, это подчинение было чисто номинальным. На самом деле в его обязанности входило решение любых проблем, возникающих у меня лично и у наших проектов.
А какие полномочия были у Вязова, меня мало интересовало. Главное, чтобы их хватало на решение всех организационных вопросов.
Мне в здании ЦК на Старой площади выделили кабинет и небольшую приёмную. Кроме этого, полностью легализовали меня. Я получил паспорт на имя Харитонова Василия Васильевича, удостоверение работника ЦК и 5-ти комнатную квартиру на улице Горького.
Кстати, мне предлагали квартиру в высотке на Котельнической набережной, но я отказался.
Все его жильцы были слишком известными в стране людьми, и я выглядел бы там белой вороной, ещё больше привлекая к себе внимание.
Зато всех моих помощниц-телохранительниц, оформили работниками сектора научных разработок, передав их тем самым под моё непосредственное подчинение, и поселили рядом со мной, выделив им служебное жилье — две коммунальных квартиры в одном доме с выходом на одну лестничную площадку на третьем этаже, и рядом моя квартира.
