Обе половины были зеркальны по отношению друг к другу. Внизу, на первом этаже, большая кухня с русской печкой и примыкавшей к ней комнатой. На второй этаж вела крутая лестница, одной стороной примыкавшая к стене, а с другой стороны — к печке. Попав наверх, я обнаружил большую просторную комнату, у стены белёную кирпичную кладку, в виде квадратной трубы, являющейся продолжением нижней печи, размером метр на метр.
Комната была светлой, на улицу выходило два больших окна и ещё два окна выходили на двор.
Верхняя комната отлично подходила под спальную. Там было чуть прохладнее, чем внизу, больше воздуха. Можно было приоткрывать форточку. Рамы в окнах были двойные и на летнее время оставляли только одну раму. На одном окне, выходящем во двор, была натянута марля от насекомых.
Двор был просторный, имелся большой сарай, в котором когда-то содержалась домашняя живность и к которому была пристроена просторная летняя кухня с небольшой печью с плитой на две конфорки.
За сараем был большой участок земли, на котором рос в основном картофель, хотя было несколько грядок с другими овощами — луком, морковью, свёклой. Сразу за сараем росли яблони и вишни. Вдоль забора росла малина, крыжовник и смородина. Была и банька у дальнего забора, за которым уже начинался спуск к воде. На краю бережка были сооружены плотики, выходящие на воду. По соседству, метрах в тридцати, были видны такие же плотики, на которых две женщины стирали и полоскали белье.
На другой стороне реки, прямо напротив них, был пустырь, а дальше, метрах в трёхстах ниже по течению было развёрнуто какое-то строительство.
Впрочем, добираться до центра Москвы отсюда было удобно. Сначала пять минут пешком до Бородинского моста, затем переходишь на другой берег и попадаешь на улицу Смоленскую, где уже оживлённо ходит транспорт — автобусы и троллейбусы.
С этой же остановки на Смоленской улице можно было сесть на автобус, идущий на Усачевский рынок, где можно купить почти все чего пожелаешь, от еды и одежды до кухонной утвари и мебели.
— Что-то я проголодалась, — сказала Даша, — давайте поужинаем, чем бог послал.
— Даша, вы комсомолка?
— Да, комсомолка, а что?
— Да, просто бога поминаете, чего комсомольцам делать не положено.
— Мамина привычка, от неё и переняла.
— Смотрите, как бы на работе неприятностей не заиметь из-за таких пустяков и на ровном месте, что называется.
