Мы управились за пару часов, и я внедрил полученный артефакт в костную ткань головы. Астрид всё это время спала.
Наши с ней посиделки в ресторане пришлось отменить. В городе был объявлен траур, все увеселительные мероприятия были запрещены. Рестораны перешли на работу в режиме обычных столовых. К тому же вечером того же дня вся шведская делегация неожиданно в полном составе покинула гостиницу и отбыла в неизвестном направлении.
В полном соответствии с моим же пожеланием вместе со шведами выписывали из гостиницы и меня, о чём мне сообщила по телефону дежурная с ресепшена.
Это позволило мне проститься с Астрид, и она успела сообщить мне свой адрес в Стокгольме.
— Если я перееду, то ищи меня через университет, — сказала Астрид и ушла, поцеловав меня на прощание в щёку.
Я ещё успел кинуть ей вдогонку ПНМ и, вернувшись на ресепшен, попросил дежурную оставить за мной номер до завтрашнего вечера и заказать мне билет на поезд до Москвы, а прямо сейчас вызвать для меня такси.
— На какое время вам заказать билет?
— Чтобы в столицу прибыть утром, часам к 8–9.
* * *Лиза Шепель ужинала с отцом на кухне, когда в квартире раздался звонок телефонного аппарата, висевшего в коридоре, недалеко от входной двери. Трубку подняла соседка, Прасковья Николаевна и вскоре она крикнула:
— Лизонька, это тебя спрашивают.
Лиза удивлённо посмотрела на отца и спросила:
— Кто бы это мог быть? Я номер телефона никому не давала.
Неожиданно её сердечко забилось. Неужели это Вася Берестов, мелькнуло у неё в голове.
Она не могла вспомнить давала она ему номер телефона или нет.
— Алло? Елизавета Шепель у аппарата.
— Лиза, это я, Василий Берестов, — услышала она в трубке знакомый голос, — как вы с отцом добрались до дома, как устроились?
— Спасибо, добрались на извозчике, устроились хорошо. Сейчас вот сидим на кухне, ужинаем.
— Жаль, что не могу пригласить тебя в ресторан или кино. Всё закрыто из-за траура.
— А как твои дела? Встретили ли тебя твои знакомые?
— Сорвалась моя поездка в город Ленинград, не хочу вдаваться в подробности, но они не смогли меня принять.
Из-за убийства товарища Кирова. Устроился в гостинице на два дня, завтра вечером уезжаю в Москву.
— Ты всё-таки решил поступать в МГУ?
— Да.
— Жаль.
— Как ты смотришь на то, чтобы встретиться?
— Положительно смотрю, только где?
— У меня в гостинице. Там нам никто не помешает.
— А в какой гостинице ты остановился?
— В Астории.
— Как тебе это удалось? Это же гостиница для иностранцев.
