В помещении царил полумрак, но все, что нужно я видел хорошо.
Свободной рукой я подтянул поближе к себе тряпку, служившую мне одеялом, и укрыл девушку, которая уже почти спала и на мои действия лишь довольно и тихо промурлыкала:
— Вот можешь же быть нежным и заботливым, когда захочешь.
Она ещё что-то невнятно пробормотала и затихла, ровно засопев носом, а мысли мои лениво ворочались, не в силах вспомнить, кто я, где нахожусь, и кто это девушка. Устав от бесплодных попыток, мой мозг отключился, и я уснул.
Книга 1
Второе рождение
Часть I
Ученик
Глава 1
Деревенский дурачок
Сознание возвращалось медленно.
Перед глазами кружились, как мыльные пузыри цветные пятна, мелькали лица и события. Я не мог остановить этот хоровод, чтобы спокойно, без суеты подробно рассмотреть хоть одну картинку. В голове — ни одной связной мысли. Стоило мне попытаться хоть что-нибудь вспомнить, как сразу же начиналось мельтешение калейдоскопа самых различных картин, бог весть, когда и где виданных, и почему-то отложившихся в моей памяти — белые облака на ярком фоне насыщенного синевой неба, гуси, курицы, коровы и прочая домашняя живность.
Или вот картинки, которые меня вообще шокируют. Это я гляжу в иллюминатор флайера и вижу, как проносятся мимо моего взора коттеджи пригородного квартала, в котором живу последние двадцать лет. Иллюминатор? Флайер? Коттедж? Что это такое? Какие двадцать лет, когда мне всего семнадцать?
А вот мамино лицо, кому-то сердито выговаривающее что-то, сменилось бородатым лицом отчима с ухмылкой, ничего хорошего мне не обещающей.
Его большая окладистая борода вдруг превратилась в небольшую козлиную бородку, на голове появился цилиндр с небольшими полями и крупными звёздами на опоясывающей тулью ленточке. Отчим тыкал в меня пальцем и почему-то на английском языке говорил:
— I want you for U.S. Army.
Внезапно в голову ворвался резкий звук удара металла о металл и как будто пробку из ушей выдернули. На меня обрушились звуки, а заодно и запахи. Чей-то женский голос, который я в следующую же секунду распознал как мамин, говорил:
— Костя, ты уж осторожнее вези, последние мозги сыночку моему не растряси.
И так их у него не шибко много.
Ей ответил юношеский басок:
— Не переживайте, тётя Глаша, довезём вашего Васю в целости и сохранности. Ужели ж он, после двух молний подряд в живых остался, то таперича долго жить будет, не сумлевайтесь."
"— Степан Николаевич, вот уважьте, возьмите туесок, я туда пару яиц варёных положила, две картошины и две луковки.
