— Мама пришла, — не скрывая досады, сказала Аня, отрываясь от меня и поправляя одежду. Она внимательно осмотрела меня и скомандовала:
— Пошли.
* * *— Ну, что скажешь? — спросила Аня мать, когда за Васей захлопнулась дверь, и они вернулись в гостиную.
Это была самая большая комната в их квартире. Её середина была свободна от мебели и пол здесь покрывал огромный ворсистый ковёр. По его центру с потолка свисала большая хрустальная люстра с четырьмя матовыми рожками, мягко рассеивающими свет от электрических лампочек.
Каждое из двух окон, смотрящих на улицу с одной стены, противоположной входной двери, было закрыто длинными шторами, от пола до потолка. В простенке между ними тикали большие напольные часы.
Вдоль одной из двух боковых стен стоял кожаный диван с высокой спинкой, покрытый пледом. Прямо над ним висела большая картина с изображением безбрежного морского простора с белеющим вдали парусником. Знатоки утверждали, что она принадлежит кисти Айвазовского. Татьяна Павловна лишь пожимала плечами и говорила, что она приобрела её в Москве на толкучке во времена гражданской войны в обмен на стаканчик соли.
Рядом с диваном, в углу около окна стоял невысокий столик с большим американским радиоприёмником. Диван, столик с радиоприёмником, ещё один невысокий столик, ближнее окно и два кресла образовывали в совокупности обособленный от остального пространства комнаты уголок отдыха. Особенно, если, как сейчас, кресла подвинуть от окон ближе к дивану и переставить свободный столик.
Второй угол, с другой стороны от дивана, был занят двумя книжными шкафами. Этот угол, огороженный от остального пространства комнаты большим овальным столом с несколькими стульями, представлял собой рабочий кабинет, где было удобно поработать с документами. Здесь были собраны разнообразные технические справочники, учебники и журналы, в основном на немецком и английском языках.
Однако сегодня стол был свободен от книг и журналов и покрыт белоснежной скатертью, а его центр занимала большая хрустальная ваза, полная крупных краснобоких яблок.
Вдоль противоположной стены гостиной стояло пианино с банкеткой, а второй угол у окна был занят столиком с патефоном и полкой для пластинок. Это была зона музыки. В этой семье музицировали и пели все, без исключения. Пению и игре на пианино Анну учила мать. Сама она обладала потрясающим контральто и, наверное, могла сделать карьеру оперной певицы, если бы не войны с революциями и обстоятельствами её жизни.
