— Как ты смеешь…
— …которая не понимает, что порою необходима просто жертвенность, а не просирание собственной жизни! И если ты сделаешь это снова, нам придется расстаться.
Такого я не ожидала.
— Ты ставишь мне ультиматум? — я стараюсь говорить негромко, чтобы другие не услышали.
Он качает головой:
— Нет, я ставлю тебя перед фактом, — его губы сжимаются в линию. — Если ты снова бросишься в пекло без всякой на то причины, ты станешь не более чем Бесстрашным фанатиком адреналина, который хочет попасть под удар, и я тебе в этом помогать не собираюсь.
И добавляет с горечью:
— Я люблю Трис-Дивергент, которая принимает решения вне зависимости от принадлежности к какой-либо фракции, которая противоречит самому понятию фракции, как таковой. Но Трис, которая изо всех сил пытается себя уничтожить?.. Такую Трис я любить не могу.
Мне хочется закричать. Но не потому, что я злюсь, а потому что боюсь, что он прав. Мои руки дрожат, и я хватаюсь пальцами за подол рубашки, чтобы успокоить их.
Он прижимается своим лбом к моему и закрывает глаза:
— Я верю, что эта Трис все еще где-то там, — говорит он мне прямо в губы.
— Вернись.
Он легонько целует меня, а я слишком потрясена, чтобы его остановить.
Затем он возвращается обратно к Шоне; я в недоумении стою на изображении весов Искренних в холле.
— Это было как нельзя кстати.
Я присаживаюсь на кровать рядом с Тори. Она сидит, поставив ноги на стопку подушек.
— Да, — отвечаю я. — Как ты себя чувствуешь?
— Так, словно меня подстрелили, — улыбка играет на ее губах.
— Слышала, тебе знакомо это чувство.
— Ага. Невероятные ощущения, не так ли? — говорю я, но все, о чем я думаю, так это о пуле в спине Шоны. Ну, хотя бы мы с Тори оправились от своих ран.
— Ты узнала что-нибудь интересное на встрече Джека? — спрашивает она.
— Пару вещей. Не знаешь, как можно созвать собрание Бесстрашных?
— Я могу сделать это сама. Есть огромный плюс в работе тату-мастера в Бесстрашии — ты знаешь почти всех.
— Действительно, — говорю я.
— Вдобавок ко всему у тебя наработан некий авторитет после работы шпионом под прикрытием.
Тори морщится:
— Я уже и забыла об этом.
— Ты обнаружила что-нибудь интересное? Я имею ввиду, когда была шпионом.
— Моя задача заключалась в том, чтобы следить за Джанин Мэтьюс, — Тори рассматривает свои руки. — Как она проводит большую часть своего времени. И, что еще более важно, где она его проводит.
— Явно не в своем офисе… и где же?
Тори отвечает не сразу.
