Утром у них будет готова новая партия, — собрался было отказаться он, но Лена встала и, уперев руки в бока, заявила:
— Мы поедем сейчас же, Орбан. Я долго ищу ее, и мы сможем обороняться. У нас есть ножи, топор. Да и не похожи мы на тех, кто едет с монетами. Тем более в такое время.
— Да, едем сейчас или наше предложение можешь забыть, — Лев тоже встал, и Орбан вспомнил, какого роста этот громила, а по сравнению с ним и вовсе. Такие долго не разговаривают. Сейчас в харчевне он в безопасности, но через пару часов его выгонят отсюда взашей, и тогда эти люди могут лишить его не только монет, но и жизни.
— Ладно, поедем, только отдай мне остатки. Если обманешь, я знаю, кто может сделать такую же, — хмыкнул Орбан и встал.
— Такую не сделает больше никто. Потому что в этой лапше есть кое-что важное. Иначе она просто не получится и будет развариваться в бульоне, как каша, — уверенно сказала Лена и пошла на выход, поняв, что Лев планирует не выпускать его из виду и вести между ними. Кто знает, какие уловки у этого мужичка в голове.
"
"Лошадка, завидев хозяев, довольно фыркнула. Лев закинул в сани купленный фураж и мешки с вещами, запряг лошадь и потянул на улицу.
К месту они подъехали уже за полночь. Деревня и правда оказалась слишком далеко.
— И зачем вы их поселили в такой дали? Чтобы никто не выведал рецепт? — Лена внимательно всматривалась в темный дом, из трубы которого валил дым. — Да и эту развалюху надо топить круглосуточно, чтобы хоть сколько-то сохранить тепло.
— Да, тут им точно никто не помешает, — уже протрезвевший Орбан, засыпавший в пути раз пять, спустил ноги с саней.
Лев сразу поторопился за ним. В этой темноте, зная все ходы, новый знакомый мог скрыться в считанные минуты. Да и в нужное ли он место их привез, это еще надо проверить.
— А местные не подумают о них ничего плохого? Например, что они варят снадобье по ночам. И тогда ваших курочек, несущих золотые яйца, могут просто привести к костру. Очень глупое решение, Орбан, — Лена шла за ним шаг в шаг и готовилась к прыжку на тот же случай, что и Лев.
— Никто ничего не узнает. Ставни закрыты, хозяевам я запретил заходить внутрь, — довольно объяснил Орбан.
— Вот это и страшно, — тихо, почти неслышно ответила Лена.
— Эй, это я. Вы не спите? Я привез к вам гостей, — Орбан постучал в плохонькую дверь, которую при желании можно было вынести ударом ноги.
Лена посмотрела на Льва, сигналя глазами, мол, имей в виду, что меня «сестренка» точно не узнает.
