— Сюда никто не звонил, — сообщил Микола, — а отсюда звонил Павловец директору…
Белявский покосился на охранника:
— А чего он звонил?
Микола замялся на мгновение, но тут же выложил то, что слышал:
— Он жаловался на какую-то картину, которая висит…
Анатолий Алексеевич посмотрел на охранника и угрожающе сдвинул брови.
— На какую картину?
— Кажется, на картину Гагарина, — ответил охранник, — но точно не помню.
Белявский бросил на подчиненного ему работника музея пренебрежительный взгляд и укоризненно покачал лысоватой головой.
— Микола, Микола… — протяжно и раздраженно сказал он, — почти целый год работаешь в музее, а не знаешь художников, которые выставлены у нас!
Парень виновато развел руками:
— Я ж, я ж… — передразнил украинца заместитель директора.
Однако он не стал распекать охранника, а, перекинувшись с ним еще несколькими пустыми фразами, быстрым шагом направился к выходу из музея…
* * *Пожилой, но спортивного телосложения мужчина собирался было уже лечь спать, но его планы неожиданно поменялись.
Накинув черный махровый халат на голый торс, директор музея сел за письменный стол.
— Черт возьми, эдак можно и в тюрьму угодить! — обеспокоенно произнес он.
Варенцов был сильно встревожен звонком художника-реставратора Ивана Павловца и лихорадочно соображал, что ему предпринять в данной ситуации.
— Это ж надо так по-глупому вляпаться! — заскрежетав зубами, гневно прошептал Варенцов. — Что же делать?!
Однако ничего путного в тот момент в голову Варенцову не пришло, и, он недолго думая, достал сотовый аппарат и набрал номер телефона министра культуры Российской Федерации…
Глава 4.
Таможня
Автолюбители и туристы в тот день выбрали не самое удачное время для пересечения белорусско-польской границы на Брестской таможне. Автомашин было не очень много, и поэтому таможенники могли позволить себе добросовестную проверку автомобилей и людей.
* * *Капитан Макаревич в этот поздний вечер была не в духе. Впрочем, такое ее настроение никогда негативно не сказывалось на ее профессиональных обязанностях.
Макаревич сидела в служебном помещении за столом и просматривала документы. Вошел молодой таможенник.
— Янина Руслановна, — произнес парень, — нужна ваша помощь.
Капитан подняла светловолосую голову:
— В чем?
Таможенник кивнул в сторону окна, где стоял на терминале микроавтобус:
— Московский театр едет на гастроли, а там у него картины. Говорят, что это декорации, а я в изобразительном искусстве не очень-то разбираюсь.
