Чувствовал себя опоенным любовным зельем, но точно знал, что мне это не грозит, так как на мне стояла защита, которую обойти никому было не в силах.
Екатерина судорожно вздохнула и резко отвернулась, вставая ко мне спиной.
– Думаю, что на сегодня достаточно приключений, и пора укладываться спать, – тихо произнесла она, чуть вздрагивая, когда мои ладони опустились на ее плечи.
– Ты хочешь, чтобы я ушел? – спросил прямо, ведь надоедать своим присутствием точно не собирался, как бы сложно мне это не далось.
– Я… я…
Скользнул ладонями с плеч, спуская их на бедра и прижимая попку иномирянки к своему паху, что послужило ее шумному дыханию, которое становилось все учащеннее.
– Не гони меня… – прошептал ей на ушко, опаляя мочку своим горячим дыханием.
Катя задрожала сильнее, подаваясь попой назад и чуть повиливая ей из стороны в сторону.
– Боги… – вымученно прошептал, чувствуя, как от ее действий меня накрывает с головой. Держать себя в руках становилось все сложнее. Я был словно одержимый. Разум поплыл, и я развернул девушку к себе лицом, подцепив ее подбородок двумя пальцами: – Если сомневаешься, останови меня сейчас… Потом я уже не смогу… – честно признался, потому что дракон ревел под кожей, требуя познать иномирянку.
Он метался под кожей, умоляя взять ее.
Катя молчала, лишь нервно покусывая нижнюю губу, и я не стал более медлить. Миг, и мои губы сминают ее, а язык проникает внутрь, тем самым забирая с собой последние крупицы рассудка.
Целовал ее жадно, все сильнее вжимая в свое тело.
Екатерина учащенно дышала, скользя своими пальцами по моим плечам и спине, плавно вытаскивая рубаху из-за пояса моих брюк.
Задрав одной рукой низ ее платья, я заскользил ладонью по оголенному бедру, умирая от возбуждения. В таком состоянии мне еще не доводилось бывать. Я не мог дышать, настолько сильна была потребность в ней.
Рыкнув, открыл портал над своей кроватью, тут же падая на нее и, задрав юбку Кати, накрывая ее своим телом.
Не задумываясь, вклинился коленом промеж сведенных ног и развел их в стороны, устраиваясь удобнее.
Иномирянка лишь всхлипнула, скользя руками под моей рубахой и чуть карябая кожу на спине.
Поцелуй перерастал в конечную стадию безумства. Уже не соображал, что происходило вокруг.
Оторвавшись от слегка припухших губ, дернул зубами корсет ее платья, тут же накрывая ртом вершинку груди, отчего Катя издала тихий стон, выгибаясь всем телом.
Понимая, что сейчас умру от перевозбуждения, потянулся к ширинке, лишая себя последнего препятствия.
