– Этот тиран, как ты говоришь, – приглушенно зарычал Арахонт, сильнее сжимая пальцы на моих плечах, – вырос в семье бедняков, получая хлеб по праздникам! Более тридцати лет я наблюдал за тем, как государство приходит в упадок, как голодают дети, как умирают те, кто мне дорог! Я стараюсь изо всех сил, чтобы вернуть землям Артионии былое величие, но каждый шаг дается с огромным трудом! Я трачу немало времени и сил, чтобы все пережили зимние холода и встретили весеннее солнце в здравии! Ты ни черта не знаешь, иномирянка! – рявкнул Арахонт, так и продолжая цепко держать меня за плечи.
– Я дорожу своим народом и ценю то, что у меня есть!
Мое сердце колотилось словно сумасшедшее. Стало так стыдно за свои слова.
Дура ты, Катя, дурой и помрешь! Мужик-то, оказывается, не говнюк...
– Я пытаюсь… – прошептал он чуть тише. – Честно пытаюсь…
– Хотите, я вам помогу? – вырвалось у меня. – Мои знания другого мира могут быть полезны…
Дракон вновь заскользил по моему лицу взглядом, останавливаясь на губах, которые я неосознанно облизнула.
В глазах мужчины вспыхнул опасный огонек, и моя кровь по венам побежала быстрее, а дыхание участилось…
Все звуки отошли на задний план. Мне так хотелось поцелуя… Так хотелось ощутить мягкость ЕГО губ…
Секунда, и Арахонт медленно склоняется к моим губам…
– А что это вы тут делаете? – раздалось от входных дверей...
19. Желания пугают...
19. Желания пугают...
Арахонт
Если изначально, шагнув в покои дочери, меня переполняли подозрения, то потом, когда иномирянка стала обвинять меня в эгоизме, я вспыхнул словно факел, грубо хватая ее за плечи и резко разворачивая к себе.
Она затронула больную для меня тему. Агрессия вырвалась наружу, и я стал высказывать ей все, что наболело. Сам не понял, для чего это говорю, ведь я привык молчать, держа все в себе. Но мне хотелось, чтобы она знала, что я не такой, каким она меня себе представляет.
Я рычал и злился, но ее близость будоражила кровь, отчего гнев стал испаряться, уступая место совершенно другим чувствам.
Таким, какие меня раньше никогда не посещали, даже с Мистарией, моей супругой...
Неосознанно притягивал ее, и когда Екатерина оказалось в опасной близости, а мой нос ощутил ее тонкий ягодный аромат, голова начала туманиться.
Слушал ее слова и не мог понять, что происходит. Голос иномирянки завораживал, глаза будто гипнотизировали, а губы… О, эти губы… Они были такими сладкими на вид, нежными… Так и хотелось попробовать их на вкус.
