Приближенный к Алтариону распознал в ней свою истинную и как дикарь, взвалил девушку на плечо и утащил в портал. Фелиция долго возмущалась, осыпая бранными словами его голову под хохот вождя. Но потом ей объяснили, что эта девушка поцелована богами и станет одной из самых счастливых на всем белом свете. Фелиция нехотя, но все же отступила. В конце концов, она сама хотела своей дочери достойного мужа, вот он и нашелся. Тем более, что она могла в любую секунду наведаться в племя и увидеть свое чадо.
Дочь главного советника, сгоревшего при клятве, отдали замуж за простого работягу.
Она даже и не сопротивлялась. Сама об этом попросила. Что сказать, даже злюкам свойственно меняться, но не всем.
– Ой, – вновь сморщилась я, когда малышка вновь ударила меня вниз живота… Или не ударила…
– Мама, – взволнованно произнесла Лисинелла, подходя ко мне.
Посмотрела на свою кроху с двумя косичками.
– Все хорошо, – погладила дочку по макушке, чувствуя, как по ногам что-то потекло…
Не что-то, Катя! Воды!
– Катюша, – перепугано зашептала леди Фелиция.
– Нам пора возвращаться… Похоже… – буркнула я, чувствуя, как низ живота вновь пронзила боль.
Лисонька моментально открыла портал в тронный зал, в котором я и вышла, попадая в самое настоящее безумие.
– Катя! – несся ко мне Арахонт. – Боги, я почувствовал твою боль и чуть с ума не сошел! Ты рожаешь! – выпалил он.
– Ох, спасибо, что оповестил, – попыталась пошутить, – а то сама все никак понять не могла, чего это со мной…
– Вот твои шутки сейчас вообще неуместны! – схватился за сердце супруг, крича, чтобы готовили покои и звали повитуху.
– Ты ведь помнишь? Помнишь? – взволнованно шептал он, открывая портал в наши новые покои, так как в тех, где была спрятана Мистария, я наотрез отказалась жить.
– Да помню я! Помню! Ты мне каждый день об этом напоминаешь! Да еще и по несколько раз!
– Я всем все наказал! – выпалил Листар, подхватывая меня под второй локоть и помогая «докатиться» до кровати.
– Ты должна тянуть из меня магию! – чуть ли не кричал Арахонт от волнения.
– Или я сам войду в покои и буду стоять у тебя над душой…
– Нет! – взвизгнула я, не желая, чтобы на сие зрелище смотрел мой супруг. Не спорю, рождение ребенка – это чудо, но наблюдать за этим любимому мужчине не стоит.
– Мама, – позвала Лисонька, держась за мою юбку.
– Нет, радость моя, – превозмогая боль, улыбнулась малышке, – ты побудешь с папой и Листаром.
– И мной! – раздалось издалека от дверей.
