– С удовольствием, – шепнул, произнося одними губами «сиривис атуа», отчего потайная ниша в стене за спиной мерзавки открылась, чего она даже и не заметила, ведь я протянул свою руку и, преодолевая отвращение, сжал ее ягодицу. – Мы обязательно продолжим, – вновь шепнул, подталкивая своим телом к магическому проему в стене.
– Да… да… – залепетала мерзавка, облизывая губы и пытаясь меня поцеловать, – я так хочу этого…"
"– А как я хочу! – рыкнул, с силой отшвыривая от себя тело, которое тут же плюхнулось в нишу, смотря на меня с ужасом и испугом.
– Вот только не с тобой! «Атуа сиривис!» – вновь буркнул себе под нос, после чего стена пошла рябью и закрыла в каменном кармане чужачку.
– Что?! – послышался визг из-за стены. – За что? Арахонт! Я же твоя Катя! За что ты так со мной?
Ее голос и плач рвали мое сердце на части, но я уверял себя, что это не Екатерина. Что это не моя любимая!
– Боги! Я не сошел с ума! Не сошел! Я все делаю правильно! – внушал себе, пытаясь отгородиться от мольбы и рыданий, доносящихся из-за стены.
– Если ты Катя, как меня уверяешь, то сможешь открыть эту нишу, потому что настоящая Катя знает, как это сделать! – выплюнул я злобно.
Не выдерживая, открыл портал, тут же вышагивая в покоях принцессы.
– Тише! – шикнул Листар. – Лисинелла только уснула! Что с тобой? – замер брат, шокировано на меня смотря. – Все хорошо? Что-то случилось? – зашептал Лис.
– Случилось! – выпалил я, чувствуя, что мурашки ужаса бегут по коже.
– Моя Катя пропала!
68. Я попробовала
68. Я попробовала
Екатерина
«Нечего сидеть! Надо что-то делать! Нужно хоть как-то дать о себе знать!» – думала я, сидя в каменном плену.
Ноги от холода не ощущались, руки почти окоченели, но я не обращала на это внимания, шаря в потемках и пытаясь найти хоть что-то, чем бы можно было накарябать на стене.
Да, в мою голову пришел план. Я понимала, что это мало что даст, но и сидеть сложа руки тоже не собиралась. Хотела написать на стене большими буквами правду.
Осознавала, что увиденное будет выглядеть глупо и смешно, леди Катя – мужик, но ничего другого придумать я не могла.
Ползала на коленях, чувствуя, что конечности превращаются в вату. Подув на пальцы рук, вновь зашарила по замершей земле под ногами, пытаясь нащупать искомое.
Когда что-то острое неприятно коснулось подушечки пальца, я чуть не взвыла от счастья и радости.
Хоть что-то приятное за сегодня.
