Как ни прискорбно, нам придётся признать волю Великого Метестэля.
Король драконов выглядел так, будто сейчас ему предстоит залпом выпить небольшое ведёрко касторки. А в стороне стояла Наетти, из-за спины которой выглядывала хитрая мордашка Полины. Фелосиаль, теряя золотую пыльцу, шустро забралась под шляпу девочки.
— Ты в безопасности? — спросила шёпотом у Гордэра. — У меня чесалась кожа под браслетом.
— Я в порядке, — так же тихо ответил он. — Испугался за тебя, когда церемониальная карета исчезла. Но потом понял, что отец решил прибегнуть к испытанию, которое не вспоминали столетиями.
Впрочем, это ему не помогло — небесный дракон одобрил наш союз.
— Вообще-то выбраться из кареты мне феи помогли, — негромко призналась я.
— Дело не в карете, — едва заметно улыбнулся Гордэр. — Мне тоже ожгло запястье.
Тут мы подошли к королю. Тот кисло улыбнулся и нехотя произнёс:
— Волей небес я одобряю кагханию наследника!
В зале поднялся ужасный шум, люди кричали, хлопали, нас окружили, шумно поздравляя. Я же крепко держала руку своего кагхана, непонимающе глядя на неё.
Как и у меня, помолвочного браслета больше не было.
Вместо магического украшения на коже золотилась удивительно красивая татуировка в виде дракона. У меня была такая же, но в зеркальном отображении. И сейчас, когда наши руки были сомкнуты, существа смотрелись, как большое золотое сердечко.
Глава 28
Когда церемония бала завершена, Гордэр проводил меня в небольшой сад. Окружённый со всех сторон стенами замка, он казался оазисом в каменных джунглях.
Здесь росли пышные розы, тянулись к солнцу нежные ирисы, покачивались яркие гладиолусы и кружил голову сумасшедший аромат пионов.
— Невероятно, — я недоверчиво огляделась и потрогала бархатный лепесточек. — Как в моём мире. Откуда это здесь? Может…
С надеждой посмотрела на кагхана. Он понимающе улыбнулся и мягко проговорил:
— Никто не знает, почему здесь выросли эти цветы. Раньше здесь был дворик, где прислуга сушила бельё. Но в какой-то момент слуги заметили, что из-под камней пробиваются ростки.
Сначала с ними боролись, полагая, что это сорняки, но когда распустился первый цветок, моя мать запретила трогать растения. А потом наняла садовника.
— То есть, неизвестно, как эти цветы оказались в вашем мире? — понимающе проговорила я и вздохнула.
Гордэр сделал шаг и взял меня за руку. Привлёк к себе и посмотрел в глаза:
— Ты хочешь оставить меня и вернуться, Дана?
— Надо помочь детям, — тихо ответила, умолчав, чего хочу сама.
