— Такого зелья не существует, — повторил Гордэр, — но теперь к сотням сказок о мастерстве зельеделов прибавится ещё одна. А в народе будут говорить, что мы пара, благословлённая небесным драконом. Отцу придётся прислушаться к мнению жителей Шиера. Во всяком случае, на это надеется моя сестра."
"Он с сожалением оторвал от меня взгляд и прошёл к ширме. Отодвинул её, и моему взору предстало самое невероятное платье из когда-либо увиденных. Ни во сне, ни наяву я не чаяла надеть что-то подобное.
— О-о-о, — только и смогла выдохнуть при виде сотен тончайших оборок с искусной вышивкой, украшающих пышный подол роскошного наряда.
Ткань была настолько прозрачной и лёгкой, что казалось, вышитые птицы и цветы оживают от малейшего дуновения воздуха. Корсет был плотно украшен сверкающими драгоценными каменьями, а длинный голубой шлейф напоминал искрящийся под солнцем водопад.
— Церемониальный наряд кагхании наследника, — тихо произнёс Гордэр. — По традиции я должен надеть его сам.
И снять после…
Он осёкся, и взгляд мужчины потемнел ещё сильнее, а кадык дёрнулся.
Я понятливо кивнула — ещё одно испытание. И его нам провалить никак нельзя!
Гордэр снял платье с подставки и шагнул ко мне. Опустившись на колено, уложил у ног водопад кружев, и поднял голову, прожигая меня насквозь взглядом, полным желания. Хрипло попросил:
— Сделай шаг.
Я ступила в середину, и кагхан тут же начал медленно поднимать корсет, а гладкий шёлк заструился по моему телу, лаская каждый сантиметр кожи.
Я прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать от удовольствия. Меня будто невесомо касались крыльями тысячи бабочек, порхающих вокруг.
Тяжёлый расшитый каменьями корсет охладил кожу на груди, словно любовная пытка кусочками льда, и это подстегнуло моё желание так, что я не сумела сдержать стона. Услышав его, Гордэр замер, резко выдохнул через нос, и черты лица мужчины хищно заострились.
Сердце пропустило удар и понеслось вскачь.
Казалось, миг, и кагхан набросится на меня, махнув рукой на все законы и церемонии. Разорвёт наряд в клочья и овладеет на полу, поддавшись необузданной страсти.
Гордэр сжал челюсти так, что шевельнулись желваки и развернул меня к себе спиной. Я чувствовала, как подрагивают от возбуждения его пальцы, сражаясь со шнуровкой, и сама едва могла дышать.
Прошло всего несколько минут, а мне показалось, что на нас опустилась вечность.
