Возможно, вы решили, что эта женщина простая служанка, но на самом деле она могущественная драконица, в обязанность которой входило воспитание молодняка. Она и меня вырастила.
— Так она ваша няня? — я невольно улыбнулась, вспоминая те немногие моменты, когда Наетти вела себя с наследником королевства драконов, как с воспитанником. — Тогда я спокойна и за малышей, и за фей. Похоже, харги не любят яркий свет.
Это не значило, что в пещерах было темно. Здесь везде царил приятный сумрак, какой бывает днём в городах, где царит полярная ночь.
Казалось, что эту удивительную атмосферу создавал сам камень, но, возможно, я ошибалась.
В спальне снова повисла тишина, и я покосилась на неподвижную фигуру кагхана.
— Вы так и простоите всю ночь?
— Я буду сторожить ваш сон, — не шелохнувшись, спокойно ответил он. — Ложитесь и ни о чём не волнуйтесь.
— Не думаю, что засну, если вы будете смотреть на меня, — тихо проворчала я.
Мужчина молча отвернулся, и я недовольно поджала губы. Если он хотя бы сел, было бы комфортнее.
Но упрямец решил всю ночь любоваться туманным пологом? Решившись, встала на четвереньки и потянула кагхана на себя.
Глава 19
Гордэр
Стоял, едва сдерживая себя. Не знал, в чём причина, но моё тело будто взбунтовалось, и эта молодая красивая женщина, которая с первой встречи весьма привлекала меня, сейчас просто сводила с ума.
Я ощущал аромат её тела, и хотелось вдыхать его ещё и ещё, но зверь внутри меня и так уже бесновался, требуя присвоить самку. Малейшее движение Даны будило во мне охотничий инстинкт.
Любой шорох вызывал необузданное желание поймать желанную добычу, вжать её в кровать и, накрыв своим телом, любить до самого рассвета.
Я кусал губы, сжимал кулаки так, что ногти впивались в кожу, а мечтал о том, чтобы девушка заснула. Тогда она не будет двигаться, пробуждая во мне хищника. Перестанет дразнить слух голоском-колокольчиком. Останется лишь запах…
С этим я как-нибудь справлюсь!
Но Дана вдруг дёрнула меня за одежду, и я не выдержал. Повалился на неё, нависая всем телом.
Давая последний шанс выскользнуть из-под меня и бежать, скрыться в другой пещере…
— Бесполезно, — оборвал ложь, которую мысленно рассказывал сам себе.
— Что бесполезно? — распахнув глаза, спросила девушка.
— Бежать от меня, — выдохнул, глядя на её приоткрытые губы.
— Я и не собиралась.
Она изогнула их так соблазнительно, что я сдался дикому желанию и со стоном приник к ним, целуя так жадно, будто вот-вот умру, если не сделаю этого.
