И вот когда он уже пару часов как ковырялся с ней, матерясь и ссаживая руки, появился тот самый Ошо.
– Это что здесь происходит? – послышался резкий и неприятный голос.
– На балалайке играю, – себе под нос буркнул землянин, поморщившись. Звук голоса резанул по нервам, как если бы кто-то провёл железом по стеклу.
– Что здесь происходит, я спрашиваю? Ты вообще кто такой?
– Курсант пилот Лео Нов, закреплен за этой машиной. В данный момент произвожу техническое обслуживание вверенной техники.
– Кто позволил? – ещё сильнее ярился недомерок.
– Почему без согласования со мной?
– А вы сами кто будете? – спросил Илья, одновременно перегораживая своим телом вход на пандус трапа. Так как там лежали части шины, уже практически полностью разобранной.
– Я инженер-механик! Все материальные ценности, находящиеся в этом ангаре, числятся в моём ведении. Я несу ответственность за всё, что здесь происходит. Пусти меня!!! – взвизгнул инженер, очередной раз тщетно провалив попытку проскользнуть мимо Илюхи внутрь корабля. – По какому праву…
Кровь ударила парню в голову.
Это чмо разворовывает вверенное имущество, довёл технику до состояния хлама и ещё орёт тут как резаный.
– А по какому праву, – вспылил он в ответ на стенания этого горемыки, – вы довели технику…
– ОООТСТАВИТЬ, КУРСАНТ!!! – раздался знакомый голос Черима. – Как вы смеете повышать голос на вышестоящего по должности?
– Виноват, господин Балах! Готов понести заслуженное наказание, господин наставник!
– Вот так-то! О наказании после поговорим! – грозным голосом заявил Черим и незаметно подмигнул Илюхе.
– Продолжай плановые мероприятия!"
"– Так точно, господин Балах! – Вытянулся парень и, насколько позволяли магнитные подошвы ботинок в условиях отсутствия гравитации, попытался изобразить поворот кругом. Магнитные подошвы не позволили. Попытка вышла комичной, в какой-то момент подметки отсоединились от палубы, и инерция поворота закрутила тело ногами вверх так, что не ухватись Илюха за блестящий шток гидроцилиндра, который предназначен для поднятия и опускания пандуса трапа, парить бы ему под сводами ангара, аки птицу пернатому.
Но пронесло. Приняв снова правильное положение, он юркнул в чрево своего корабля, попутно радуясь тому, как же вовремя появился наставник. Иначе быть беде.
– Во, видал? – Балах повернулся к стоявшему с открытым ртом, словно в немом крике, инженеру. – Ещё из себя ничего не представляют, а гонору, как у матерого орденоносца. Но ничего, посидит без увольнения, как шёлковый станет.
