Имеется и третий сектор, там происходят учебные поединки, оружие используется боевое, но оно в тот момент переходит в тренировочный режим и как таковое только имитирует выстрел, а дальше уже компьютер рассчитывает, была поражена цель или засчитать промах.
Принадлежит это хозяйство, естественно, военным и в основном предназначено для тренировки курсантов военных академий, но, по договоренности, пользуются им все, кому это нужно, оплачивая аренду. Если вояки затевают какие-либо масштабные учения, то остальным временно приходится курить бамбук, но благо это происходит достаточно редко.
Так что чаще всего доступ на полигон открыт. Тут же находится станция, которая и является Императорской военной академией, где обучаются курсанты, живёт преподавательский состав, работники, обеспечивающие функционирование полигона, короче, народу хватает.
– Учебный фрегат базы резерва Гео-3, бортовой номер 22-777 запрашивает разрешение-допуск на полигон.
– О, резервисты пожаловали. Пройдоха, ты, что ли?
– Он самый, нужен допуск в сектор пилотажа.
– Подопечного выгуливаешь? Хорошее дело. Первый вылет?
– Угу.
– Тогда дуйте в первый сектор, там как раз сегодня наших салаг гоняли, трассы ещё не демонтировали.
– Прекрасно, это мы удачно зашли. Прошу обозначить маршрут.
– Включаю маяк, как принимаете сигнал?
– Лис, дальше сам, – прозвучало по внутренней связи.
– Здесь курсант базы резерва, позывной Лис. Сигнал принимаю отчётливо. Начинаю движение по пеленгу.
– Удачи, Лис.
– Спасибо, вышка.
То, что происходило дальше, описать и легко и сложно одновременно. Слово «восторг» подходит идеально, а вот всю бурю эмоций и ощущений передать было бы проблематично. Пока Илья крутился на полигоне, его душа пела. Корабль чутко реагировал на любое желание своего пилота, являясь за счёт слияния его продолжением. Землянин чувствовал, что вот это всё, чем он сейчас занимается, его. Он просто создан для этого. Всё получалось интуитивно. Он без запинки, на удивление легко, раз двадцать прошёл всю трассу из конца в конец.
Хотелось ещё и ещё увеличивать скорость, наращивая тягу. Но сигнал перегрева левого движка постоянно напоминал о себе. Из-за этого появлялось чувство легкой хромоты, однако настроения не испортило. И когда Балах напомнил, что пора закругляться, накатила тоска.
Черим всё это время не только следил за действиями ученика, но ещё и наблюдал за ним визуально. На лице парня сияла счастливая улыбка, а из уголков глаз текли слезы.
