"
"– «Кажись, – подумал парень, – мы своей победой на полигоне, спутали Вёрни все карты в его войне против Балах. Он понял, что Черим сделал на меня ставку, хотя вряд ли понимает, почему именно на меня, иначе бы дело с дополнительными картриджами всплыло наружу. Только разницы нет, понимать может пока и не понимает, но это дело времени. А сейчас просто хочет устранить меня как досадное недоразумение. Подводя под тестовый спарринг с опытным инструктором. Возможно, даже хочет меня серьезно покалечить, или того хуже.
Кто будет глубоко копать, если я щёлкну ластами? Да никто, кому есть дело до какого-то дикаря, чуть больше месяца назад принявшего гражданство? На это и рассчитывает капитан. Он же не знает про Ди в моей голове, и что я теперь из себя представляю». – Ди хихикнула.
– Тихо ты, видишь Чапай думает, – прикрикнул он мысленно. – Лучше скажи, простоим мы минуту против мастера?
– И больше простоим, всё зависит от того, какими имплантами инструктор снабжён. Но уж минуту точно легко выдержим.
– Мне бы твою уверенность.
– Не ссы, босс. Все будет чики-пуки!
– Откуда это у тебя? – поразился Илья.
– Из твоей памяти, вестимо. Я же с тобой на русском общаюсь, вот и постигаю великий и могучий.
– Лучше бы ты классику изучала.
– Если б ты её в свое время читал как положено, то я бы с превеликим удовольствием.
– Цыц, устройство!
– От неуча слышу!
– Так что вы скажете нам, курсант?
Прозвучавший вопрос вывел Илюху из раздумий.
– Я считаю, что выполнил комплекс без ошибок, – ответил землянин.
– Может быть, уважаемый инструктор отвлекся немного, поэтому и подумал, что я что-то упустил?
– Такое тоже случается, – согласился Вёрни. – Тогда тем более вы должны нас понять, что установить истину необходимо. Правила допускают проведение тестового поединка для выяснения, кто прав в конечном итоге. Вы готовы к этому?
– Да, я готов.
– Тогда не будем мешкать. Господин инструктор, прошу. Ваш выход.
Илюха глянул на высокого мужчину с фигурой гимнаста, на вид те же привычные лет тридцать можно дать.
С тем же успехом ему может быть сто тридцать, и двести тридцать, и даже триста тридцать с половиной, легко. Если учитывать, возможно, солидный возраст и соответствующий ему опыт в своем деле, а неумеху вряд ли бы пригласили, то тут надо быть оооочень осторожным.
Илья встал в обманчиво расслабленную стойку. Зевран вдалбливал её, наверное, даже больше, чем всё остальное, утверждая, что это как бы не самое главное.
