По его словам, «Форточка» была гибридом Windows2002Rus и бета-версии Windows-XXI — новой программы, которую мастдаевцы обещали выпустить в конце года. Кроме того, сказал Шаман, московские программеры основательно оптимизировали систему, капитально вычистив излишества, а заодно поработав над дизайном.
— Лучшие умы хацкерского андерграунда пахали, — похвастался Игорь. — «Центурия», «Золотая Рыбка», «Шабашники», «Хоббиты», «Крутые винты»…
— Но где вы достали бету «двадцать первой»? — пробормотал журналист. — Ее ж пока даже в Инет не ставили.
"
"— Вот на таких мелочах и проверяется искусство, — назидательно изрек Шаман. — По слухам, двоюродный братан одного «хоббита» лет десять назад соскочил за бугор и теперь работает в «Мелкософте»… Но, имхо, Фродо и его банда нарочно распускают такие слухи, чтобы пустить пыль в окуляры и заодно набить себе цену. А на самом деле просто вломились в закрома друга Билли и уперли софту.
Мамлеев был искренне потрясен и раздумывал — лапшу ему вешают, или эта история имеет какое-то отношение к правде.
Тем не менее, факт был налицо — система работала, причем работала очень неплохо. Как бы не получше, чем отечественная «Волна 3.6», которой спецслужбы пользовались до появления «Радуги»…
Прога казалась многообещающей, но Богдана смущала майкрософтовская основа, поэтому он осведомился, удалось ли хакерам вычистить из операционки потайные ключи и, в первую очередь, легендарный NSAKEY. Много лет назад, когда появилась Windows98, в прессе мелькнули сообщения, что программисты Билла Гейтса заложили в программу ключ, при помощи которого агенты NSA (национального агентства безопасности) могут проникнуть в любой комп, на котором загружена эта ОС.
Трудно было усомниться, что такие же лазейки имелись и в последующих версиях.
— Много знаешь, ламер, — процедил Шаман.
— И писал об этих ключах… В ноль-первом или ноль-втором году.
Игорь пожал плечами и пробурчал, что они удалили несколько подозрительных операндов, но никто не знает, был ли среди них NSAKEY.
Вскоре появился Челпанов, и началась суета с бумагами.
Потом, когда майор и журналист собрались уходить, прихватив коробку с процессорами, Марцелл спохватился:
— Ты куда?! Игорь, мы ж ему собирались игрушку показать!
— Я зайду вечерком, — пообещал Богдан. — Если Гадюка появится до того — не убивайте. Он — мой.
***
Вашингтон. Белый дом.
Из трехмерной глубины жидких кристаллов белозубо улыбался диктор, рассказывавший, что через два часа Сенат начнет слушания по «педигейту».
