Я шипела, разрывая ногтями ткань простыни, чувствуя, как истекаю соками страсти. Он слизывал их языком, нежно вторгаясь внутрь. Я невольно сжалась, мышцы дрогнули от пика удовольствия, пульсирующего в глубине моего естества, но Кирон раздвинул мои ноги еще шире, вгрызаясь в мою плоть, еще более остервенело, чем прежде. Я пыталась сдерживать стоны, чтобы не разбудить жителей замка. Металлический привкус крови заполнил рот. Только вгрызаясь в нижнюю губу, я могла подавить в себе крики блаженства. Но казалось, что Кирону это не нравится, он будто специально погружал мягкий и влажный язык в мое нутро так быстро и неистово, что удовольствие становилось безудержным.
Я обессилено махала руками, пытаясь дотянуться до его головы, чтобы заставить остановиться, пока окончательно не взорвалась. Хотелось продлить эту страстную пытку. Хотелось, чтобы она никогда не заканчивалась."
"Но когда Кирон резко вонзил палец в мое лоно, продолжая терзать бугорок языком, я застонала, отдаваясь волне оргазма. Я не чувствовала тела, только пульсирующую сладкую боль внизу живота и не сразу заметила, что Кирон отстранился.
Стоя на коленях между моими раздвинутыми ногами, он улыбался, а глаза заблестели лукавым блеском. Я уронила взгляд на его огромный твердый орган, и мне до безумия захотелось коснуться его. В мечтах я вкушала поджарое тело, облизывала, наслаждаясь самым потрясающим запахом его кожи. Собравшись с силами, в порыве страсти я села на колени и ладонями коснулась крепкого мускулистого торса. Его грудь вздымалась, он ртом хватал воздух, и я задыхалась вместе с ним.
Толкнула его на спину и нависла сверху, как он недавно надо мной. Смяла его рот поцелуем, делясь своей кровью. Он выпивал ее из меня, рыча, словно дикий зверь.
Я провела ладонью по упругому животу и нащупала твердую плоть. Не получалось полностью обхватить его рукой и кончиком пальцев я коснулась нежной головки. Провела влажную дорожку языком ото рта до шеи Кирона. Быстро и страстно мои губы спускались к его груди и торсу. А потом все ниже.
Я с жадностью вобрала в себя его плоть, лаская головку круговыми движениями языка. Громкое обрывистое дыхание императора заполнило покои. Он сжал руки в кулаки и стиснул зубы, а потом резко поднялся и обхватил мое лицо руками. Притянул к себе, вгрызаясь в губы с ревом раненного животного. Опрокинул меня на спину, до боли широко раздвинул ноги и пульсирующий от утех орган ворвался в мое чрево. Грубо, жадно, до упора.
Я вскрикнула, тут же поджимая губы, стискивая зубы.
