В этот момент мобильник в его руке запищал, и Клайд, машинально нажав кнопку ответа, поднес его к уху.
— Господа, не могу сказать, что я рад приветствовать вас на территории Империи, но раз уж вы здесь… — Клайд ошалело оторвал трубку от уха, обвел всех изумленным взглядом… наталкиваясь на такие же взгляды (похоже, подобные трубки были не у него одного), потом снова поднес ее к уху. — … излучение. Через пятнадцать минут начнут включаться батареи излучателей и на остальных орбитальных платформах, так что через два с половиной часа зона излучения накроет весь земной шар.
Соответственно к этому времени неполадки на линиях связи, использующих средние, короткие и ультракороткие волны и стандартные системы кодировок, начнутся повсеместно. Используйте имеющееся у вас, чтобы связаться с самолетами, кораблями и иными транспортными средствами, находящимися вдали от мест назначения, предупредить их о возникающих проблемах и организовать работы по поиску и спасению пассажиров. Напоминаю, что образующаяся над поверхностью земли интерферентная сетка излучения затрудняет возможность горения любых химических составов уже на высоте пятнадцати метров от земли, а в эшелоне от пятидесяти до пяти тысяч метров горение вообще становится невозможным.
Поэтому самолетам придется садиться в аэропортах назначения не только «вслепую», без использования радиомаяков и команд диспетчеров, но еще и при неработающих двигателях…
В комнате послышался судорожный всхлип, Клайд на мгновение оторвал трубку от уха.
— О боже, а Элен с детьми сейчас летит к матери во Флориду…
Клайд, не дослушав причитаний холеного моложавого полковника, торопливо прижал трубку к уху.
— … два дня. Затем мы будем вынуждены изменить частоту излучения, и его действие изменится на прямо противоположное. То есть вместо подавления способности гореть оно станет многократно ее усиливать. В утешение могу сообщить, что связь заметно улучшится, хотя и останется существенно хуже, чем обычно…"
"Когда Император закончил, Клайд оторвал трубку от уха и, тяжело опустившись на стул, прикрыл глаза.
Это был конец, полный и окончательный. И дело было даже не в том, что армия вторжения осталась без авиации и ракет, с одним лишь огнестрельным оружием и артиллерией, как во времена Наполеона и Бисмарка (хотя оставались еще и танки). В конце концов, у русских дело обстояло ничуть не лучше, да и вообще, впереди не было никакой русской армии.
