Тут вновь раздался голос Рейнарда:
— К тому же даже уровень подготовки их рейнджеров должен в ближайшее время серьезно упасть. Раньше у них был отличный полигон для их подготовки — Чечня, а с той поры как они навели там порядок, этого ресурса нет.
— И все-таки, — упрямо продолжал гнуть свою линию Клайд, — вам не кажется странным, что, совершив такой рывок в области применения новейших технологий в гражданском секторе, они не переносят освоенные технологии в военный? Ведь тот же магнитодинамический транспорт — это прямой выход к рельсовому оружию.
Даже у нас уже есть экспериментальные разработки, а у русских — пусто? Не верю.
Рейнард поморщился:
— Молодой человек, отвечаю вам как человек, знающий о военном потенциале России не в пример больше вашего, — ни в одном русском военном институте или специальном конструкторском бюро не ведется разработок новых образцов вооружения.
— И в Терранском университете тоже, Пит? — послышался голос Президента. Рейнард повернулся к шефу:
— Десять против одного — не ведется, сэр.
Исследования такого уровня требуют инвестиций, сравнимых со всем бюджетом университета.
— Но точно ты не знаешь?
Рейнард пожал плечами:
— Я работаю над этим, сэр. Просто эта задача оказалась намного сложней, чем мы предполагали. Мы вступили в контакт со всеми двумястами сорока выпускниками Терранского университета, которые в настоящее время находятся на территории Соединенных Штатов, и ни один из них не выказал готовности к сотрудничеству.
— Ну-ну, я надеюсь на тебя, Пит, а то меня несколько беспокоят эти ребята.
— Шэф хлопнул по подлокотникам кресла. — Ладно, ребята, все равно эти сукины дети заплатят мне за все. Теперь уже я в этом совершенно уверен. Не так ли, Мак?
Стрентон осторожно кивнул. Он всегда поддерживал шефа, но у Клайда было ощущение, что Стрентон, как и он сам, до сих пор слегка опасается того, к чему может привести упрямство Президента.
— Да, мне кажется, нам почти удалось убедить наших союзников поддержать нас, если мы укажем России ее место. Впрочем, — тут он слегка усмехнулся, — в этом нам немало помогла сама Россия.
— Вот и отлично, — хохотнул шеф, — а сейчас пошли, пора перекусить, а то я проголодался. — С этими словами Президент встал и двинулся к выходу, а остальные потянулись за ним. Клайд шел последним. Подойдя к двери, он услышал, как Минарди спросил у Рейнарда:
— Не понимаю, почему Президент терпит рядом с собой этого сопляка?
Тот ответил:
— Сентиментальность. К тому же мальчик был зятем Стрентона.
