И пока что все говорило за то, что был прав именно он, а не Рейнард (что, естественно, не добавляло тому хорошего настроения).
— Слышал последние новости, Клайд? Только что передало Си-эн-эн. В одном из районов Москвы, кажется, он называется Приесниа, час назад прошли массовые столкновения антиглобалистов с местным населением. Судя по всему, есть многочисленные жертвы. — Шеф повернулся к Рейнарду: — Похоже, старина, ты все-таки был прав. — Он подошел к бару и нацедил себе из сифона апельсинового сока (это была одна из его маленьких слабостей).
— Ну и слава богу. А то я уже начал раздражаться от того, что все как-то чересчур гладко проходит.
Клайд вздохнул. Похоже, у шефа уже просто идефикс — сделать из России врага, который объединит Америку и подвигнет ее на новые свершения. Хотя пока что это удавалось слабо. Несмотря на впечатляющие успехи в экономике, Россия более ничем не демонстрировала свой имперский статус, предпочитая покорно следовать в фарватере международной политики, творимой единственной мировой сверхдержавой.
Они сегодня имели больше проблем с Китаем, а если брать „Большую восьмерку“, то с Германией и Японией, чем с Российской империей. Русские даже согласились обложить свой высокотехнологичный экспорт стопроцентной пошлиной, чтобы не обрушивать европейские и американские рынки, хотя это уже не очень помогало. А отказаться от русских технологий уже никто не мог, ибо это означало обречь себя на заметное отставание от конкурентов.
— Кстати, сейчас будут русские новости.
Посмотрим, как они осветят свой провал.
По мнению Клайда, даже если сообщения о жертвах окажутся правдой, одно происшествие совершенно не следует расценивать как провал. Во всяком случае, на фоне того, что творилось в Париже во время прошлого саммита. Хотя та встреча проходила в тщательно охраняемом горном туристском комплексе в Альпах, на третий день несколько хорошо организованных банд „белых балахонов“ буквально разнесли Елисейские поля. Однако шефу, похоже, настоятельно требовался хоть какой-то успех.
Вернее то, что он сам бы посчитал успехом. По мнению Клайда, московский саммит прошел для Америки с не меньшим успехом, чем все предыдущие. Однако предыдущие были расценены как безусловно успешные (может быть, потому, что в них участвовали прежние президенты), а этот шеф напрочь отказывался считать таковым."
"— Ну что ж, посмотрим. — Стрентон щелкнул дистанционным пультом и уселся в кресло рядом с Президентом.
