— Я не говорю уж о том, что вы либо ваши некомпетентные (он выделил это слово голосом) подчиненные нарушили еще несколько статей статуса. Так что во всем, что произошло, вы должны винить только себя.
Секретарша не верила своим глазам. Губернатор, всегда такой важный, преисполненный уверенности в себе мужчина (даже занимаясь с ней сексом, он не терял своей барственной вальяжности), стоял сейчас, переминаясь с ноги на ногу, перед каким-то общевойсковым майором, и на лице его было испуганное выражение проштрафившегося школьника Однако этот майор, похоже, не видел в этом ничего необычного.
"
"— Вы до сих пор не поняли, что вот уже три года живете в Империи, а не в том бардаке, что был до нее. И что каждый гражданин Империи вправе ожидать, что гарантированные ему Императором права будут соблюдаться полностью и неукоснительно. — Майор сделал короткую паузу, не спуская с губернатора несколько брезгливого взгляда, затем заговорил снова: — Подумайте вот о чем, уважаемый (это слово майор произносил с интонацией, не очень-то соответствовавшей его смыслу): Император царствует уже третий год, и за все это время на свет появилось дай бог три десятка документов, на которых стоит его личная подпись.
Даже под Конституцией стоят подписи выборных Земского собора. Неужели вы не задумывались, почему это так? — Он покачал головой. — А все дело в том, что Император, ставя свою подпись, дает таким образом личную гарантию того, что этот документ будет выполняться неукоснительно. — Под суровым взглядом майора стоявший перед ним хозяин огромного региона, на территории которого уместилась бы добрая треть, а то и побольше, европейских государств, нервно дернулся.
— Я — офицер Его Величества, — продолжал между тем майор. — Я — один из тех, кто принес ему присягу. И он, — тут майор повернулся в сторону безногого инвалида, которого принес в эту приемную на своих собственных руках и который смотрел сейчас на все происходящее круглыми ошалевшими глазами, — тоже. И мы готовы и будем делать все, чтобы слово Императора осталось истинным словом императора.
Майор замолчал, еще раз окинул всех присутствующих взглядом (у секретарши, несмотря на бог весть какие неприятности, которые обрушатся на ее голову из-за этого человека, как-то сладко заныло внизу живота) и повернулся к инвалиду:
— Ну, до свидания, Гриша. Через месяц приеду на новоселье. — Он усмехнулся и развел руками. — Раньше никак не смогу, ты уж извини. — После чего повернулся и твердым шагом направился к выходу.
