– Матвей! – вскрикиваю после очередного удара.
Наслаждение нарастает стремительно, заставляя поджиматься пальцы на ногах.
Спина сильно трется о стену, но боли я не чувствую. Вообще ничего не чувствую, кроме жаркого кома внизу живота, что вот–вот взорвется.
– Давай, – дает отмашку Матвей, и я начинаю содрогаться в оргазме.
Стискиваю ноги у него на пояснице, вгрызаюсь ногтями в кожу плеч.
Он не отстает. Толкается последний раз и с рыком кончает внутрь.
– Бл@дь... Принцесса… резинки…
Глава 16.
Следующее утро начинается с кошмара. Услышав скрип старых железных ворот, я резко распахиваю глаза и, не до конца проснувшись, вскакиваю на ноги.
На душе скребут кошки. Не знаю, почему… Внутри возникает потребность бежать к Матвею, найти его и убедиться, что все хорошо.
Натягиваю джинсы, надеваю толстовку на голое тело, собираю волосы в гульку и выбегаю из комнаты.
– Матвей! – зову его, спускаясь по лестнице.
Одна створка гаражных ворот открыта, через нее я и выбегаю на улицу.
Интуиция меня не подвела. Во дворе стоит громоздкий белый внедорожник, на котором Саша возит мою маму. А за ним микроавтобус с надписью ГИБДД.
Я не заостряю внимание на микроавтобусе, потому что все мои мысли сейчас о том, зачем сюда пожаловала моя родительница.
Она стоит у машины, брезгливо оглядываясь по сторонам, Матвей же, заложив руки в карманы джинсов, прямо перед ней.
Мама обводит взглядом кучи металлолома, сложенные под забор ровные стопки старых покрышек, переводит его на бетонное здание и, наконец, останавливает на мне.
Лицо беспристрастно, как всегда… но вот глаза… в них столько холодной ярости, что я вся сжимаюсь в комок и бегу за спину Матвея.
– Пошла в машину! Быстро! – в голосе звенит сталь, которая, словно ножом, режет повисшее в воздухе напряжение.
– Иди в комнату, – тихо говорит Матвей, оглядываясь на меня через плечо.
Я обнимаю его локоть и всем телом жмусь к боку.
– Анна… – давит мать.
– Зачем ты приехала, мам? – сипло, дрожа от напряжения, проговариваю я.
– В машину! Тебе два раза повторять?!
– Она не поедет, – спокойно за меня отвечает ей Матвей."
"– Тебе голоса не давали!..
