– Ты здесь грустная… – замечает Матвей.
– Мое обычное состояние в то время…
– Мне тоже было хреново…
В горле образуется ком.
Мне было хуже! Мне было хреновее!!!
Потому что я любила!!! Так любила, что люблю до сих пор!!!
Гляжу на его затылок, широкие плечи, обтянутые светло–серой рубашкой и выть охота. Потому что все это, включая его, такой родной для меня, запах, теперь принадлежит другой женщине.
– У тебя есть еще фото, где ты беременная? – спрашивает Матвей, оборачиваясь ко мне.
– Есть немного… зачем тебе?.
.
– Покажешь?
Ответить не успеваю. В комнату, как ураган, влетает Марго.
– Пап, крутая у меня комната?
– Крутая! Только здесь ноги поломать можно об твои игрушки.
Игнорируя упрек, Рита начинает экскурсию. Показывает поделки из детского сада, рисунки, на которых изображены собаки и лощади.
Она их очень любит.
Коллекцию гелентвагенов, лук со стрелами–присосками, настольный морской бой.
– Ты в куклы вообще не играешь, что ли?
– Почему?! – вполне натурально изумляется дочь, – играю!
Начинать крутить по сторонам головой в поисках своей единственной куклы, которую ей на пятилетие подарил Макс.
Лезет в корзину с игрушками, заглядывает под кровать и, наконец, выуживает ее из старого рюкзака, с которым мы обычно выезжаем на пикник.
Кажется, с прошлого похода она там и лежит.
– Вот! – показывает отцу бедняжку с калтуном на голове и в одной сандалии, – ее зовут Дуся.
Матвей, закусив губу, изо всех сил старается держать лицо.
– Элину куклу, насколько я помню, звали Маня.
Оставив их в детской, иду на кухню ставить чай. Вдруг получится задержать его еще немного…
Мою груши и надкусываю одну из них.
Ммм… Просто тает во рту. Помню, раньше, он каждый день, идя с работы, приносил мне одну.
– Ань…
Едва не подавившись, с полным ртом поворачиваюсь к Матвею. Смущенно улыбаясь, чувствую, как по губам бежит сок.
Его взгляд спускается к моему рту. Он безотрывно наблюдает, как проглотив мякоть, я слизываю с губ сок.
– Очень вкусно… спасибо… – произношу тихо.
Не знаю, чем я руководствуюсь, но для знакомства Марго с Вероникой выбираю нарядное летнее платье, в стиле моей молодости, открытые сандалии и распускаю волосы по плечам.
Надеюсь, что Матвей, увидев меня, вспомнит, как начинался наш роман?..
Здравый смысл твердит: «Даже не пытайся»
А израненное сердце просит: «Дай нам последний шанс»
– Мамуль, ты такая красивая! – ластится Марго.
– Ты тоже, малыш!..
