– Успокоительное…
– Успокоительное?! Делайте что–нибудь для сохранения беременности!!!
– Аня… – Надежда Петровна присаживается на стул у кровати, – шансы практически нулевые… поверь мне, лучше сейчас все убрать, восстановиться, а через годик снова забеременеть…
– Ну, вы же даже не пытаетесь что–то сделать!.. Он еще живой, а вы уже хотите его оттуда вытащить!.. Вы убийцы, а не врачи!
Меня колотит крупной дрожью. От нервного перенапряжения зуб на зуб не попадает. Я похожа на загнанного в угол зверька, готового защищать свое потомство даже ценой собственной жизни.
– Анна, послушай… – вступает мама, – если он выживет, останется неполноценным!..
Врет! По лицу Самойловой вижу, что врет.
– Тогда и ты меня послушай! – подтягиваюсь на кровати и впиваюсь в ее руку пальцами, – если мой ребенок умрет, я тоже жить не буду! Успею сдохнуть до того, как ты упрячешь меня в психушку! Увидишь, какая я квашня…
– Ненормальная, – бормочет мама, пытаясь выдернуть руку.
– Избавлю тебя сразу от всех проблем…
Мама бледнеет.
Смотрит в глаза немигающим взглядом и мелко дрожит.
– Лара… давай попробуем…
Коротко кивнув, она первая отводит глаза. Я победила!..
– Ольга! Транексам и магнезию! Быстро!
Меняют лекарство на штативе, делают укол и набирают несколько пробирок крови на анализы.
– Шанс один из ста… – говорит Надежда Петровна, когда мама выходит из палаты, – но если и правда хочешь доносить ребенка, нервничать нельзя, вставать пока тоже…
– Хорошо…
– Не знала, что ты беременна, отец–то кто?.. Я так понимаю, не Коган?
– Нет.
– Ясно…
Лекарства в капельнице меняют всю ночь. Заканчивается одно, тут же приносят другое. Постоянно мерят давление и слушают сердцебиение плода.
К утру кровотечение останавливается, болезненные спазмы тоже уходят, оставляя место тянущему ощущению в низу живота.
Я настолько вымотана произошедшим этой ночью, что едва из вены вытаскивают иглу, моментально проваливаюсь в сон.
Но не проходит и двух часов, как меня вновь будят, чтобы сделать укол и проверить состояние ребенка.
– Живой?.. – с надеждой вглядываюсь в лицо доктора, изучающего монитор портативного аппарата УЗИ.
– Да… Сейчас включу звук…
Он нажимает кнопку и тишину палаты разрезает звук бьющегося в бешеном ритме сердечка моего малыша.
Не в силах сдержать слез облегчения, прижимаю к лицу обе ладони.
– Ну – ну! Нельзя волноваться! Иначе опять кровить начнет!..
– Я больше не буду!
– Гематома приличная в матке… Долго рассасываться будет.
– Она не вредна для ребенка?!
– Нет.
