Минутную паузу разбавило возмущенное восклицание цесаревича:
— Династический брак?! Да они охренели?!
Дмитрий Романов посмеялся, наблюдая за реакцией сына:
— Карл готов оторвать от сердца все самое ценное, лишь бы его не смело с престола.
— А есть предпосылки? — удивился Иван.
— Конечно, — довольно оскалился император. — Он же в их просвещенной Европе первый среди равных с правами, кастрированными парламентом и промышленниками.
— А смысл тогда бороться за трон? — удивился цесаревич.
— Ну, все-таки кое-какие права у него до сих пор есть, — заметил Дмитрий Романов.
— Он может, например, наложить вето на какое-нибудь решение парламента, а может посадить нужного человека в удобное министерское кресло. Титул кому-нибудь подарить, опять-таки. Но в случае с Карлом, он, конечно, стал жертвой своих нереализованных амбиций. Захотелось ему войти в историю как человеку, разделившему нашу страну на сферы влияния. За что и поплатится.
— Карла скинут? — полуутвердительно полувопросительно произнес Иван.
— Обязательно, — с видом сытого хищника ответил государь.
— Но мы, конечно же, в этом безобразии участвовать не будем. Мы — не такие! Мы — великодушные, щедрые и добрейшие люди, которые внесут приятные суммы на благотворительность в британские приюты и хосписы. А что там с ними сделают нечистоплотные чиновники — кто им судья?
— То есть Карл не только пытается отыграть назад, но и прикрыть жопу за наш счет? — сообразил цесаревич.
— Верно, — кивнул Дмитрий Романов.
— Какая наглость…
— Не без этого, — хмыкнул государь.
— Итак, у тебя есть сытый флот, потрепанная пехота, капитуляция от Германии, Франция и Османская Империя в союзниках. И вот эта записулька. Что будешь делать на моем месте?
Цесаревич еще раз пролистал договор, предлагаемый Карлом, немного помолчал, обдумывая ситуацию. Отец любил такие задачки — на практике учиться всегда полезнее, чем на скучных учебниках. Лучше откладывается в голове.
— Я бы затеял небольшую дипломатическую канитель, — наконец, ответил цесаревич, — пока моя пехота отдыхает, а флот подтягивается к Британии.
Нам выгодно их торговое предложение, но попытка породниться просто смешна… Никто из нашей семьи в здравом уме не захочет мешать кровь с вырожденцами старой Европы.
— Долго тянуть нельзя, их флот тоже сейчас на всех парусах гребет от колоний к столице, — заметил государь.
— Долго и не надо. Нужно подобрать какую-нибудь кандидатуру для брака с принцессой. Чтоб и не жалко было, и не обидно.
— Мысль верная, — кивнул Дмитрий.
