Глава 21
— Что-то случилось? — встревоженно спросила Василиса, когда я подошел к ребятам, все еще изучающим царский подарок.
— Да нет, просто нужно съездить к нотариусу, — пожал плечами я. — Ну как, нравятся тебе машинки?
— Ты с темы-то не съезжай, — вклинился нахмурившийся Иван. — К нотариусам просто так не катаются.
— Да ничего особенного, нужно принять наследство, — ответил я.
Ребята переглянулись.
— И когда поедешь? — деловито спросил Иван, кидая взгляд на часы.
— Да сейчас, наверное, и прокачусь.
— Ну, тогда это же отличный повод обкатать машинки! — заулыбался цесаревич.
Я показал ему соответствующую мину, но наследник трона сделал вид, будто не понял моих намеков.
— Александр, конечно, решит этот момент сам, — с нажимом проговорила Василиса, строго посмотрев на Ивана, после чего обернулась ко мне, — но мы бы с бояричем хотели составить тебе компанию в качестве моральной поддержки.
Я чуть не фыркнул. Нет, это, конечно, была очень милая забота, но вряд ли ребята понимали, что внезапное наследство от людей, которых ты никогда не видел, может иметь какую-то эмоциональную власть над тобой.
Впрочем, почему бы и нет?
— Я не против.
— Отлично! — Иван потер руки. — Василиса, зови свою охрану, надо опробовать этих малышек в деле!
— Э-э-э… — неуверенно протянула Корсакова. — А вам нормально будет ехать на таких машинах?
— Каких «таких»? — не понял Новиков.
— Ну… — девушка чуть смутилась: — Девчачьих?
Наследник престола тяжко вздохнул и взглянул на нее в ответ."
"— Василиса, — назидательным тоном произнес цесаревич, — когда мужчина может скрутить в бараний рог практически любого мага в стране, он может ездить хоть на розовой машине, хоть на голубой в горошек — вряд ли найдутся смельчаки, что рискнут пошутить на эту тему.
Корсакова вопросительно посмотрела на меня.
— Ну, Ивана в любом случае уже из этого «Нижегородца» можно выковырять только вместе с обшивкой, так что… — хмыкнул я.
Цесаревич возмущенно булькнул что-то на тему «ничего вы не понимаете, такая машина, наверняка от сердца отрывали!».
Спустя двадцать минут кортеж из трех бронированных машин бело-розового цвета с перламутровым отливом несся по Москве.
Нотариальная контора семьи Сорокиных располагалась на бульварном кольце в одном из старинных двухэтажных особняков, что жались друг к другу по всей улице. Этот был строгого серо-голубого цвета с белой лепниной и лаконичной вывеской «Нотариус».
В моем мире нотариусы жили неплохо, особенно московские. Судя по домику, в этом — тоже.
