— Раздевайся, — велел Лютый, доставая из второй сумки провода прослушивающего устройства.
— Глупо, — прокомментировал я, покачав головой. — Первое, что я бы сделал на месте этих людей, так это проверил жертву на наличие жучков. Им ничего не стоило вычислить машину, на которой поехала Василиса, выбрать время и подготовить место для нападения, обзавестись базой, где они держат Корсакову… Ты всерьез думаешь, что кто-то из них настолько туп, что поверит, будто на мне нет прослушки? Они ведь наверняка знают, кто у меня сосед по комнате.
Лютый скривился, как от лимона, но провода убрал обратно.
— Мы будем вести тебя по пути, — перешел он к обсуждению плана. — Ты подходишь к зданию, там тебя встречают. Мои парни в это время уже окружат территорию. Никто не войдет и не выйдет. Внутри есть камеры наблюдения, но их мы возьмем под контроль, как только заварушка начнется.
— Угу, — ответил я, уже направляясь к выходу из комнаты и таща за собой чемодан.
— И не геройствуй там, Александр, — вдогонку посоветовал Лютый за моей спиной.
— Отдаешь деньги, видишь Василису, ставишь барьер, и ждешь, когда мы тебя вытащим.
— Угу.
Бросив чемодан на пассажирское сидение, я сел за руль «Руссо-Балта»."
"Не знаю, обратил ли Лютый внимание на то, что я не проявляю особых эмоций, да и мне, откровенно говоря, плевать. Костяшки пальцев кололо от рвущейся наружу магии, и мне приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы сдерживать ее.
Машина рванула с места, взвизгнув шинами по асфальту, позади автомобиля вырвались клубы черного дыма.
Моя ласточка резко набрала скорость, и я вылетел с территории Императорского Московского Университета.
До нужного адреса ехать было всего минут сорок. Но это на разрешенной скорости. Я же был откровенно не в настроении сдерживать лошадей под капотом.
Я несся по улицам Москвы, игнорируя светофоры и разметку, и впервые за жизнь в этом мире по-настоящему жаждал крови. Это не детские пукалки Распутина, это уже прямая атака на мою девушку.
Кажется, теперь проблема дома Романовых стала моей личной вендеттой.
Ненавижу штурмы.
Я стоял возле башни этажей в сорок, где, по словам Лютого, на самой маковке держали Василису. Полчаса назад щуплый бегунок, которого даже если и заметишь у себя на хвосте, всерьез не воспримешь, по-деловому кратко изложил все, что могло бы помочь мне в намечающемся мероприятии.
Из плюсов — здание еще не было заселено, хотя находилось в высочайшей степени готовности.
