Не лучше ли просто жить и следовать данному мне совету, ведь все, что я могу узнать о своей жизни в ином мире, не возымеет никакой практической ценности. Задача стать величайшим исследователем Арктики и адмиралом Полярного флота, как мне кажется, значительно важнее и интереснее… вот и Джек Лондон, который сейчас строчит карандашом в своем блокноте, тоже согласен с утверждением, что для тех, кто вдохнул воздух Севера, политика – это просто нудная преснятина…
* * *21 июля 1904 года, утро.
Царское Село, Александровский дворец.
Капитан СИБ Евгений Петрович Мартынов.
Последнюю неделю мы метались как савраски, высунув языки, разрабатывая непосредственное окружение Великого князя Владимира Александровича, а если точнее, то его супруги Великой княгини Марии Павловны по прозвищу Михень. Это дело пахло совсем не керосином, а гораздо хуже… По сравнению с тем, что вызревало в этом болоте, стояние на Сенатской площади могло показаться веселым детским утренником.
Тут пахло настоящим активным вооруженным мятежом, в котором были задействованы в основном офицеры Преображенского полка. Заговорщики планировали захват Николаевского вокзала с целью взять литерный ВИП-поезд в круговую засаду и, захватив врасплох охрану, истребить всех пассажиров, оставив в живых только обоих Владимировичей… Но так как местная аристократия конспирации нихрена не обучена (не восемнадцатый век на дворе), то «потекло» у заговорщиков сразу и изо всех щелей.
Самовлюбленный болтун – это находка не только для шпиона, но и для сотрудника госбезопасности.
Единственное, чего мы не собирались допускать, так это стрельбы одних русских солдат по другим русским солдатам – такая дурь, как подавление уже созревшего заговора картечными залпами, совсем не в нашем стиле. Ведь мы же помним, как господа офицеры (особенно гвардейские) относятся к серой солдатской массе.
По их мнению, это замученное шагистикой быдло обязано слепо выполнять приказы командиров и не задавать лишних вопросов… Превентивный арест главных фигурантов – это, конечно, дело нужное, но не менее важно было продемонстрировать наличие на нашей стороне превосходящей силы, чтобы удержать ситуацию на грани применения вооруженного насилия.
Единственной такой силой, которую можно было противопоставить Гвардии, были моряки.